Мы выходим из дома, и я глубоко вдыхаю свежий воздух, пытаясь успокоить свои мысли. Он везет меня не к отцу. Он обещал, что не вернет меня туда.
И манипулировал мною, угрожая нарушить его, буквально несколько минут назад.
Проклятье…
Мы ехали недолго. Остановились возле одного ЖК в весьма неплохом районе города. Скептически подняв бровь, спрашиваю:
— Разве хорошие специалисты принимают на дому?
— Этот принимает, — сказал Демьян, открывая передо мной дверцу машины и протягивая руку, которую я, конечно же, проигнорировала. Бесит.
Возле дверей нас встречает женщина лет тридцати пяти. Симпатичная, среднего роста, с длинными светлыми волосами, уложенными в аккуратную прическу. На ней нет яркого макияжа, лишь лёгкий акцент на глазах, подчёркивающий их выразительность. В каждом движении чувствуется уверенность и спокойствие, словно она встречает не клиента, а старого знакомого.
Через несколько секунд я уже сижу в просторной комнате. Если честно, на кабинет психолога это мало похоже. Не то чтобы я, конечно, раньше бывала у подобных специалистов, но сомнения закрадываются.
— Меня зовут Лиза, — произносит она, опуская чашку с чаем на столик справа от меня, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности.
О боги, они все надо мной издеваются. Еще одна с суперспособностью подкрадываться со спины, пугая до чертиков.
— Агния, — проглотив раздражение, ответила я.
Лиза села напротив, её взгляд был спокойным и понимающим, что раздражало меня ещё больше.
— Я понимаю, что ты не хотела сюда идти, — начала она мягким голосом. — Но я здесь, чтобы помочь тебе, а не судить.
отвожу взгляд, фиксируя его на маленькой китайской вазе на полке.
— Я не знаю, о чём мне с вами говорить.
— Давай начнём с того, что тебя беспокоит, предлагает она, склоняясь вперёд, чтобы показать свою заинтересованность, но я упорно продолжаю молчать. — Малышка, там за дверью находиться бурчащее двухметровое чудовище и он не успокоиться пока мы с тобой не выполним нашу задачу.
— Разве так обычно работают психологи? — резко поворачиваюсь к ней, прожигая взглядом, и она хитро улыбается
— Скажем так… я необычный психолог.
Тяжело вздохнув, отворачиваюсь к окну, медленно подбирая слова.
— Я... я потеряла маму недавно, — медленно выдавливаю из себя, стараясь подавить рвущиеся наружу чувства.
Лиза кивает, наполняя комнату молчание теплым сочувствием.
— Это большая потеря. Расскажешь мне о ней?
Я замялась, не зная с чего начать.
— Она... она всегда была рядом. И вдруг... Моя мама... она была невероятной. Она всегда была такой сильной, — начинаю, пытаясь сдержать слёзы, но это кажется непосильной задачей. После ее смерти никто со мной не заговаривал о ней. Даже Алька. Не хотела меня ранить. И я была не готова говорить о ней. Ни тогда, ни сейчас. И все же я продолжала: — После развода с отцом она очень страдала. Он ей изменял. Мама уехала в путешествие, чтобы попытаться забыть, начать всё сначала…
Лиза снова кивает, побуждая меня продолжить.
— Она позвонила мне в последний раз из такси. Говорила, что скучает, что любит меня... И тогда произошла авария. Ее не стало.
— Ты чувствуешь, что отец несёт ответственность за её смерть?
Я киваю, чувствуя гнев и боль.
— Да, я ненавижу его. Он виноват! Это был несчастный случай, но из-за него… Если бы не его измены, если бы не развод, она бы не уезжала.
— Твоя боль и злость совершенно нормальны, Агния. Позволь себе чувствовать их. Но помни, что мы здесь, чтобы разобраться в этих чувствах, чтобы они не управляли тобой.
— Я не знаю, как перестать чувствовать эту злость. Не знаю хочу ли… Мне кажется, если перестану, то от меня ничего не останется.
— И не нужно знать сразу. Это длинный путь, и мы будем идти по нему вместе. Шаг за шагом. Ты не одна. Исцеление — это процесс, Агния, и он не всегда линеен. Ты можешь начать с признания своих чувств и попытаться понять их. Не стесняйся исследовать их глубже, даже если это болезненно.
— Я не хочу его прощать.