— Ты переживаешь большую утрату, и твоя злость на отца — это способ справиться с этой болью. Прощение может прийти позже, а может и не прийти. И это нормально. Некоторые раны могут заживать медленно, и это тоже абсолютно нормально. Главное, что ты здесь, и ты работаешь над собой. Это уже большое достижение.
Оставшуюся часть сеанса мы с ней проводим в глубоком, осмысленном разговоре. Она терпеливо слушает, пока я делюсь своими воспоминаниями о маме, страхами и сомнениями.
Кажется, мне стало немного легче, но я чувствую себя измотанной, выжатой. Кажется, что если сейчас закрою глаза, то просто отключусь.
Лиза выходит из комнаты, и уже через несколько секунд как по щелчку в ней материализуется то самое двухметровое чудовище. Видя моё раскрасневшееся лицо и опухшие от слёз глаза, он молча берёт меня за руку и выводит из комнаты. Его тепло успокаивает, хочется прижаться всем телом к мужской груди, но я сдерживаюсь.
— Спасибо, — тихо шепчу я, и больше не произношу ни слова. Обратно мы направляемся в абсолютной тишине.
Глава 12
Мне нравилось проводить время с ним. В какой-то момент я осознала, что этот совершенно незнакомый мужчина поселился в моём сердце. Я влюбилась так, как могла бы влюбиться любая девочка на моём месте. Эти чувства ворвались в жизнь неожиданно и полностью перевернули мой мир. Что-то волшебное и в то же время горько-сладкое.
С каждым днём затягивало всё сильнее. Его голос, его смех — всё это наполняло меня, оставляя мало места для чего-либо ещё.
Нет, конечно, Демьян ни разу не посмотрел на меня как на девушку. Я для него всего лишь капризный и навязчивый ребенок. Но это не мешало мне мечтать. В моих фантазиях я строила целые миры, где мы были вместе. Это было моё маленькое убежище, где я могла быть по-настоящему счастливой.
Были моменты, когда я чувствовала себя наивной девчонкой, пытающейся дотянуться до звёзд. Глупо, но я всё же надеялась. Надеялась, что со временем он наконец посмотрит на меня по-другому. Представляла, как однажды осознает, что я выросла, что изменилась и что между нами может быть что-то большее. Так я жила между мечтой и реальностью, между надеждой и отчаянием.
Шум из коридора выводит меня из транса и я удивленно вскидываю брови. Странно, он уехал совсем недавно. Может что-то забыл?
Поднимаясь на ноги, вспоминаю наш разговор:
Я сидела в своей комнате, как вдруг из кухни послышался громкий и недовольный голос Демьяна. Он ругался с кем-то по телефону. Я не могла расслышать всего разговора, за закрытой дверью, но по тону голоса поняла, что разговор был очень напряжённым.
Я пыталась не обращать внимания, но внутри всё сжималось от тревоги. А потом раздался звук бьющегося стекла, и я замерла. Через несколько минут в квартире повисла гробовая тишина. Медленно выбралась из комнаты и, собрав все свое мужество, пошла на кухню, но замерла возле дверной ручки.
Могу ли я вот так просто войти? Что, если он меня прогонит?
Ладно, попробую…
Открыв дверь, не решалась что-либо сказать, только стояла, затаив дыхание, наблюдая за ним. На полу лежали осколки разбитого стакана, а Демьян… Он сидел за столом, сцепив руки в замок и устало опустив на них голову. Казалось, даже воздух накалился от напряжения. Никогда раньше не видела его таким. Захотелось бежать отсюда далеко-далеко. Сделать вид, что меня это не касается.
Я даже сделала шаг назад, собираясь уйти, как вдруг он заговорил:
— Уйди в комнату, — сглотнула, я поймала его тяжёлый взгляд, давящий.
— Прости, я не хотела тебе мешать...
В его глазах нечто дикое, что заставило невольно отступить на шаг назад. Он словно превратился в другого человека — в человека, которого я не знала и которого боялась.
— Ты что, оглохла? Мелкая, не выводи меня из себя, — прорычал он, заставив меня вздрогнуть.
— У тебя проблемы?.. — осторожно спрашиваю.
— А у тебя, кажется, проблемы со слухом? Я старался, чтобы тебе здесь было комфортно, но очень не люблю, когда нарушают мои границы. Не вынуждай меня, мелкая. Тебе не понравится. Обещаю.
Тон был резкий и отталкивающий, пробирающий до костей. Наверное, лучше уйти, прежде чем ситуация ухудшится.
— Прости, — снова шепчу я, чувствуя, как голос дрожит от нервов.
Иногда я его ненавидела. Потому что он меня ломал, воспитывал. Не так, как отец. Иногда грубо, жестоко, подстраивая под себя. Это было сложно — меняться под чью-то волю, терять часть себя. В его присутствии я чувствовала себя постоянно настороже, готовая к очередному испытанию. Он бывал настолько требовательным и бескомпромиссным, что иногда я чувствовала себя совершенно бессильной. Но были и мгновения, когда монстр проявлял заботу и понимание, когда его жёсткость сменялась неожиданной добротой.