— Скажи, я насильно вливала в нее алкоголь, а потом отправила кататься по ночному городу? Может дала ей ключи?
— Агния…
— Хватит. Я понимаю твои чувства. Будь у меня сестра, я бы тоже переживала. Но я не собираюсь быть твоей грушей для битья, только потому, что тебе больше некуда излить свой гнев. И вообще… Тебе разве не пора домой?
Он надвигается, словно дикий зверь, замкнутый в маленьком пространстве, и я замираю. Мое сердце стучит так сильно, словно вот-вот готово вырваться из груди. Он хватает меня за руку, больно стиснув запястье. Я почти уверена в том, что на коже останутся следы.
— Демьян, я закричу… — я хотела, чтобы мой голос звучал холодно и ровно, как угроза, но он дрогнул, выдавая страх.
— Маленькая лживая тварь… Чего ты хочешь?
— Хватит, мне больно! — я попыталась вырваться, но он меня не отпустил. Мне стало по-настоящему страшно.
Даже если я закричу, сейчас все слишком заняты разгребанием дерьма за его сестрицей.
Он наклонился к самому моему уху, обжигая кожу дыханием:
— Ты думаешь, я сразу не понял, чего ты добиваешься? Думаешь, ты самая умная?
— Отпусти меня! Я понятия не имею о чем ты говоришь! Мой приезд сюда — даже не моя идея! Если бы отец не предложил, я и сейчас была бы в отеле, с подругой, смотрела бы фильмы и ела пиццу из доставки, а не давилась рыбой с психически неуравновешенным козлом!
На секунду Демьян замер, ошарашенный моими словами, а затем из его груди вырвался злой смешок.
— Психически неуравновешенным, говоришь…
— Не думала, что ты настолько глуп. Без суда и следствия вынести приговор...
— Будет тебе и то, и другое. Я теперь с тебя глаз не спущу.
— Это твои больные фантазии? Тебе совсем заняться нечем? — мое самообладание вновь дало трещину. Меня начало трясти, — Оставь меня в покое! Я не хочу иметь с тобой ничего общего!
Но он не обращает на это ни малейшего внимания. Он меня даже не слушает.
— Мне хочется довести тебя до слез. Прямо сейчас. — шепчет он, наклоняясь ближе, и я зажмуриваюсь, сжимаясь, как напуганный котенок.
— Соболевский, не смей! — от того, как жалко звучит мой голос, мне хочется заползти в какую-нибудь нору и сдохнуть прямо там.
Псих. Он — настоящий псих…
— Берегись, малая. Радуйся, я наконец обратил внимание на тебя.
Когда он наконец отпускает мою руку, я отшатываюсь так резко, что едва не падаю со стула, молча наблюдая за тем, как кухню входит горничная, а потом переводит непонимающий взгляд с меня на Демьяна.
— Будьте так добры, принесите из погреба… вина, — выдавливаю из себя, возвращая на лицо непроницаемую маску.
Соболевский резко разворачивается и выходит из кухни, пока мое сердце колотится о ребра. Скатертью дорожка.
Глава 20
Как только я закрываю за собой дверь автомобиля, мир вокруг словно замирает. Сиденье удобное, и я чувствую, как напряжение медленно покидает мои плечи. Водитель кивает и мягко трогает с места.
За окном мелькают пейзажи. Городские улицы сменяются скоростной трассой и размытыми от скорости деревьями.
Дорога затягивает обратно в прошлое. Город, который я когда-то звала домом, теперь кажется чужим и немного пугающим.
Давно я там не была. Слишком много воспоминаний, слишком много боли.
Рядом на сиденье лежит мобильный телефон. Алька уже написала, что ждет меня. Мы не виделись столько лет, но она всегда была рядом, даже на расстоянии.
Короткое сообщение, но я не в силах сдержать улыбку:
«Скоро увидимся, люблю».
В салоне тепло и уютно. Нащупываю регулятор сиденья, откидываю спинку назад и закрываю глаза. Сейчас не хочется думать о том, что будет дальше. Сейчас это не важно…… абсолютно. Я просто хочу вернуться домой.
Поездка займет несколько часов. Лучше всего воспользоваться моментом, чтобы отдохнуть.
Мягкий толчок в плечо выводит из полудремы. Открываю глаза и встречаюсь взглядом с водителем в зеркале.
— Мы приехали.
Я киваю, собираясь с мыслями, и медленно выхожу из автомобиля.
Как и думала. Воздух здесь чище. Глубоко вдыхаю его, стараясь избавиться от остатков усталости. Под ногами хрустит гравий, и я оглядываюсь по сторонам, ища знакомые очертания.