Сергей, закрывая дверцу машины, оборачивается ко мне:
— А что передать вашему отцу?
— Ему сейчас явно не до меня, — отвечаю я, чуть жёстче, чем хотела бы. — Спасибо вам, но не стоит беспокоить его.
Мужчина кивает, понимая или делая вид, что понимает. Без лишних слов возвращается в машину.
Делаю всего несколько шагов по направлению к старому дому, когда слышу звук открывающейся двери автомобиля. Оглядываюсь и вижу, как из соседней машины выбегает Алька. Её глаза сверкают от радости, и в следующее мгновение она уже бросается мне на шею с таким порывом, что мы обе шатаемся.
— Агния! Ты наконец здесь! — говорит, крепко обнимая меня.
Её объятия, как всегда, тёплые и искренние. Я окутываюсь этим знакомым чувством безопасности, которое Алька всегда умела создавать вокруг себя.
На мгновение забываю обо всём.
— Я так рада видеть тебя, — шепчу ей в ответ, прижимаясь покрепче.
Мы отступаем на шаг, чтобы лучше разглядеть друг друга. Подруга берет меня за руки, и я вижу в её глазах то же чувство, которое, вероятно, отражается и в моих.
Из машины, из которой только что выбежала Алька, выходит мужчина. Высокий, лет тридцати, с темными как ночь, волосами.
Всё это время я видела его только на фотографиях, которые Алька присылала. Но теперь, видя его вживую, понимаю, что фотографии не передавали всего обаяния.
— Это же Кирилл, твой муж? — шепчу я Альке улыбаясь.
Алька кивает и взволнованно машет ему рукой. Кирилл подходит к нам, мягкая улыбка освещает лицо, делая его ещё более привлекательным.
— Агния, наконец-то мы встретились, — говорит он, протягивая мне руку. Его голос теплый, и в нем чувствуется радушие. — Алька так много о тебе рассказывала.
— Рада наконец вас увидеть, Кирилл, — отвечаю я, пожимая его руку.
Кирилл смотрит на меня с легкой улыбкой, а затем оборачивается к Альке:
— Давайте зайдем в дом. Уверен, Агния устала после дороги, и ей не терпится узнать все новости.
Мы вместе направляемся к дому Альки и Кирилла, и я чувствую, как волнение постепенно уступает место предвкушению теплого вечера в кругу друзей.
Весь вечер мы проводим вместе.
Мы с Алькой не отходили друг от друга, вспоминая старые истории и делясь последними новостями.
Каждый раз, когда Алька что-то рассказывала, её глаза светились от восторга, а Кирилл смотрел на неё с такой любовью и гордостью, что мне становилось тепло на душе от одного только этого зрелища.
Невольно ловлю себя на мысли, что она не просто стала замечательной женой, но и прекрасной матерью.
Как всегда, моя девочка на высоте. Ее дом полон тепла и радости. Я вижу, как ловко она справляется с малышом, который время от времени появляется у нас на руках, просит внимания.
— Агния, ты не представляешь, как все изменилось, когда он появился, — говорит она, ласково поглаживая сына по голове. — Это совершенно новый уровень любви и ответственности.
— Я вижу, ты справляешься на ура, — отвечаю я, улыбаясь в ответ на ее счастливое выражение лица.
Кирилл поддерживает разговор, добавляя свои забавные комментарии и рассказы о том, как проходят его дни с новой ролью отца.
После очередного весёлого рассказа ощущаю необходимость на мгновение остаться наедине со своими мыслями. Используя момент, когда Алька поднимается, чтобы уложить малыша, я молча подхожу к двери, ведущей на балкон. Скользящая дверь тихо отъезжает в сторону, и я выхожу на прохладный вечерний воздух.
Опираюсь на перила, вдыхая свежесть, и погружаюсь в воспоминания о маме.
Кто говорит что время лечит? Наглая ложь. Нет у предательства сроков давности, как и у боли его нет.
Я так погружена в свои размышления, что не замечаю, как Алька выходит ко мне на балкон. Её тихий голос заставляет меня вздрогнуть.
— Все в порядке?
— Алька, — говорю с трудом, глотая ком в горле. — Могла бы ты завтра поехать со мной… к маме? На кладбище. Я… я все еще не была там после похорон……