Хочется уткнуться носом в подушку и забыться. Потому что это невыносимо. Я не должна была возвращаться. Зря затеяла все это. Сама сделала только хуже. Потеряла все, что осталось там, в кучке пепла.
Ну что, довольна теперь?
Глава 23.1
Не могу заснуть. Ворочаюсь в постели, пытаясь найти удобное положение, но сон не идёт. Наконец сдаюсь, выбираюсь из-под теплых одеял и выхожу из комнаты.
Когда захожу на кухню, внимание сразу же привлекает мужская фигура в полумраке. Соболевский сидит за столом в спортивных штанах, без футболки, и что-то делает со своим плечом. Такой большой и высокий, что крадёт почти половину пространства. Щёки мгновенно краснеют, и я нервно сглатываю.
Его торс совершенен. Тёмные волосы на мощной груди слегка взъерошены, а кожа покрыта тонким слоем пота.
Слабый свет настольной лампы мягко освещает каждую линию мышц, подчёркивая силу и напряжение его тела.
Внутри снова болезненно кольнуло. Черт.
Ноги подгибаются, слабеют
Тряхнув головой, пытаюсь сосредоточить взгляд на важном. Рана на плече выглядит не очень. Стараюсь дышать ровно, но попытки выходят жалкими и смешными.
— Может, позвать настоящего доктора? — спрашиваю я, стараясь звучать как можно более спокойно.
Соболевский вздрагивает, его взгляд мгновенно поднимается на меня. В глазах — смесь боли и удивления, словно он забыл, что может быть не один.
— Нет, всё в порядке, — отмахивается здоровой рукой, словно его состояние не стоит внимания. — Просто царапина.
— Уверен? Ты выглядишь не очень хорошо, — замечаю, подходя ближе, чтобы рассмотреть его рану.
Демьян кивает, пытаясь улыбнуться, но его взгляд остаётся напряжённым. Но я не верю. Вижу, как он крепко стискивает челюсти каждый раз, когда прикасается к ране. Несмотря на стойкость, я чувствую его боль.
— Да, я уверен. Не стоит беспокоиться. Спасибо за заботу, — быстрый, пронзительный взгляд скользнул по мне, обжигая кожу. Ну да конечно. Такие мужчины, как он, не привыкли показывать слабость. — Ты что здесь делаешь?
— Не могу уснуть, — замечаю, что рядом с ним стоит бутылка виски, открытая и наполовину пустая. — Это помогает? — спрашиваю, кивая на бутылку.
— Немного, — признаёт и делает глубокий глоток прямо из горлышка. — Ты не хочешь?
Отрицательно мотаю головой. Алкоголь — последнее, что мне нужно сейчас.
Соболевский снова хмурится и что-то бубнит себе под нос. Моё сердце сжимается при виде его усталого взгляда и поникших плеч. Делаю шаг вперёд, осторожно вынимаю бутылку из его рук и ставлю её на стол.
— Позволь мне, — мягко говорю я. На столе лежит аптечка. Молча достаю из неё чистые бинты и антисептик.
Демьян смотрит на меня, его взгляд непроницаем, но к счастью, не сопротивляется. Подхожу ближе и осторожно прикасаюсь к его раненому плечу. Он слегка напрягается под моим прикосновением, но не отталкивает.
Я аккуратно промакиваю рану, стараясь не причинить лишней боли. Руки немного дрожат, но я концентрируюсь на том, чтобы сделать всё правильно. Затем начинаю обматывать его плечо чистым бинтом, равномерно и аккуратно, следя за тем, чтобы бинт был достаточно тугим, но не слишком тесным, чтобы не нарушить кровообращение.
— Ты делаешь это... хорошо, — прерывисто говорит Демьян. Его голос звучит слабо и устало.
Встречаю его взгляд, ища признаки боли в его глазах.
— Лучше? — спрашиваю, завершая перевязку и фиксируя конец бинта. Его глаза темнеют от чувств, которые я не могу точно определить. Под темным взглядом чувствую, как меня охватывает смущение, но одновременно странное тепло пробегает по моему телу.
— Да, лучше.
Когда я уже готовлюсь уйти, чувствуя, что сделала всё, что могла, Демьян внезапно хватает меня здоровой рукой. Всё происходит так резко и неожиданно, что я теряю равновесие и падаю ему прямо на колени. Твердая рука удерживает меня на месте, и я чувствую, как горячие пальцы впиваются в мою кожу.
Мгновение замирает. В голове шумит от неожиданности и близости его тела. Крупные ладони ложатся на мою талию, но теперь крепко и нежно, как будто он боится, что я в любой момент могу исчезнуть.