- Слава тебе, безысходная боль!
Умер вчера сероглазый король.
Вечер осенний был душен и ал,
Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:
«Знаешь, с охоты его принесли,
Тело у старого дуба нашли.
Жаль королеву. Такой молодой!..
- За ночь одну она стала седой[1]», - подхватил он так же тихо. У него оказался приятный, глубокий голос.
Она спела еще строфу, а последние строчки он просвистел. Спросил:
- Узнаваемо?
Лиля кивнула, не в силах произнести ни слова. В глазах у нее стояли слезы. Она судорожно вздохнула, переводя дыхание, и прошептала:
- Только ты, пожалуйста, возвращайся.
- Вернусь, - голос у Павла тоже дрогнул. - Все будет хорошо, - добавил он, коснулся ее плеча уже знакомым подбадривающим жестом и исчез в темноте.
От его прикосновения Лилю словно током ударило. Прижав к себе тяжелый рюкзак, она съежилась и закрыла лицо руками. Ей вдруг стало ясно: она знает этого парня всего несколько часов, а ей кажется - всегда. И она выть готова при одной мысли, что он не вернется.
4
Он вернулся через час и нашел ее дремлющей у погасшего костра.
- Лиля, - тихо окликнул издалека. - Это я! Все нормально. Пойдём.
Они надели рюкзаки, он взял ее за руку и двинулся через кусты вдоль берега.
- Осторожно, здесь смотри под ноги. Перепрыгни ручей, - изредка шептал Павел. - А теперь тихо, деревня уже близко.
Их шаги зашуршали по песку.
- А вот и моя добыча, - прошептал Павел.
Он помог Лиле перебраться через борт, столкнул на воду ветхую плоскодонку и сам ловко запрыгнул следом, не замочив ботинок. Их стало быстро выносить на середину реки. Павел взялся за весла и придал лодке направление.
- Не уверен, что у нее вообще есть хозяин, - сказал он вполголоса. В тишине голоса далеко разносились по воде. - Но если даже есть, он явно поплатился за свою нерадивость.
- Мы не потонем? - шутливо спросила Лиля. Она устроилась на корме, вытянув ноги и подложив под спину рюкзак.
- Ты же умеешь плавать, - он тихо засмеялся. - Не потонем, не бойся. Два дня пути эта посудина выдержит.
Они замолчали, и стал слышен только плеск воды. На берегах не было видно ни одного огонька. Разве что-то мелькнуло на северном - может, машина проехала по трассе.
Похолодало. Лиля достала из рюкзака куртку, накинула на плечи.
- У меня в рюкзаке шерстяное одеяло, - подал голос Павел. - Возьми. Мне не нужно, я все равно буду сидеть на веслах всю ночь. Если замерзну, погребу.
- Спасибо... - Лиля не стала жеманно отказываться от дополнительной тёплой вещи. Закуталась в одеяло и затихла на корме, глядя в небо. Сон не шел. Вместо сна ее накрыло странное ощущение нереальности. Ей казалось, что она и этот конопатый парень на веслах одни в целом мире. Странно замирало сердце, и опять закипали слезы. Боясь ненароком всхлипнуть, Лиля накрылась одеялом едва ли не с головой и вскоре уснула.
После полуночи взошла луна. В ее холодном, мертвенном свете Павел отчетливо увидел оба берега. На южном, пологом показались далекие огоньки, высокий северный нависал темной громадой. Журчала вода под днищем. Не думалось ни о чем. Он лишился дома и почти лишился родины, он не знал, что будет с ним завтра. Но на корме спала женщина, которая была ему нужна, а он был нужен ей. И ему впервые за много дней было хорошо и спокойно.
Под утро, когда спустился туман и все вокруг окутала предрассветная тишина, Павел загнал лодку глубоко в камыши на южном берегу. Один конец веревки накинул на торчащую корягу и закрепил, другой обвязал вокруг скамьи. Потом осторожно перебрался на корму и скользнул к Лиле под шерстяное одеяло. Она сонно завозилась, а потом испуганно замерла. Он обнял ее и шепнул в ухо:
- Не бойся, я просто к тебе в тепло.
Лиля тихонько вздохнула и осторожно прижалась к нему покрепче.
[1] Анна Ахматова «Сероглазый король»
Часть 1. Граница. День второй
5
Утром она проснулась первой. Павел безмятежно сопел ей в ухо. Она выползла из-под его руки, подоткнула обратно одеяло и села на скамью. Солнце уже взошло. Громко шуршали камыши. Орали птицы. Но в остальном вокруг царил покой. Поверить, почему они здесь, было почти невозможно, такими далекими казались здесь и сейчас государственная политика по отношению к горцам, закрытые границы, гражданские лагеря и штампы о лояльности.
Лиля посмотрела на Павла. Ну ладно, она... Понятно, как она оказалась чужой среди чужих, как дошла до такой жизни. Но Павел... Что заставило его дезертировать и бежать из страны? Он показался ей таким уверенным, таким спокойным. И опасным, да. Но только не для нее. Мог он совершить что-нибудь, за что потом не захотел отвечать? Вполне возможно, подумала она. Он способен и убить, если что. Запросто. Она это знала, чувствовала. Но с удивлением осознавала - ей все равно. Ей просто хорошо рядом с этим мужчиной с армейской татуировкой, рыжими завитками на висках и веснушками везде, где только можно.