– Ага, дождь, новость мне открыли,– с возмущением комментировал Уильям. – Солнечно весь день. Ха. Еще чего. Вы вруны. Чувствую, что дождь будет.
– А теперь к утренним новостям. Сегодня нашему городу исполняется 204 года. Собирайтесь на главной площади, там во всю уже идет праздник. Аттракционы, игровые автоматы, различные представления и куча еды. Там в восемь вечера наш мэр будет читать великую речь о планах по развитию города.
– Надеюсь, хоть теперь они закроют тот ужасный ресторан.
– Инвестор из Миннесоты хочет силой забрать поля фермерского угодья в северной части города. Текущему владельцу предложили 150 тысяч, но он не согласился. Странно, ведь это очень большая сума за такой ничтожный кусок ни на что не пригодной земли.
– Вот дурак. От таких денег бесплатных отказываться. Какие же люди тупые пошли. – Да, краска стояла семь долларов. Это же не много, правда?
– Это все новости на сегодня об Уильвуде, больше слушайте или читайте вечером, в вечернем выпуске новостей и в нашей газете.
Все это время Уильям сидел и глупо всмотрелся в забор. Кажется, не надо было включать радио.
– Боже, я же забыл про забор, хорошо, что вспомнил, – сам себе сказал парень.
Юный Рэй взял кисточку и пристально, старательно стал прокрашивать каждый миллиметр забора. Он бережно и ответственно относился к этой работе. Он рисовал, двигал кисточкой плавно, как мастер, вверх-вниз, изящно двигая кистью. Кисточка в его руках будто танцевала под неслышные песни. Он закрашивал каждую щель, каждый изъян и ямку, каждый гвоздик. Когда краска на кисточке заканчивалась, он макал ее в банку с краской, снова начинал красить. А лишняя краска, не успевая стекать с кисточки, начинала капать на все подряд: на руки Уильяма, на штаны, на забор, на банку с краской, на траву под забором. Но ничего страшного, главное - это покрасить забор. Он начинал сверху и красил вниз. Начинал стоя, а доходя все ниже, приседал, как мог. И так часть за частью, доска ща доской плыли часы работы, Уильям медленно, но уверенно продвигался слева на право. Вот уже десять досок осталось. А вот уже пять. А вот уже и одна. Так и проводил он тут, возле дороги несколько часов, не замечая, как быстро и стремительно течет время. Закончив работу, он встал и почувствовал, как устал. Он прогнул спину, а та хрустнула, будто сломалась. До сих пор он чувствовал себя никак. До сих пор был вялым и хотел спать. Он зевнул так, как будто хочет проглотить все, что видит. Внезапно Уильям захотел посмотреть на весь забор сразу, чтоб оценить свою работу и вышел на середину дороги, стал прямо на две полосы. Так было в самый раз. Он очень долго не мог насмотреться своей работой. Голубой цвет очень шел этому забору. Не то, что раньше. Издалека послышался шум приближающейся машины. Уильям как будто не слышал шума колес. Он все смотрел на забор, присматриваясь к каждой досочке, смотря на нее с разных ракурсов, наклоняя голову и отходя на пару метров вправо влево. Машина все приближалась. Уильям присел и засмотрелся доску посредине забора. Какая-то она странная. Машина уже показалась из-за угла. Она ехала прямо посередине проездной части. Вот-вот и она приблизиться к Уильяму. Вот-вот и она его собьет.
В салоне внедорожного автомобиля:
– Брэнд, сделай громче, – попросил парень и показал на магнитофон, на котором орал на вес салон, и не только, рок.
– Да, Брэнд.
– Вы че? Она и так орет как не своя!
– Конечно, она будет так орать, когда все окна открыты, – возмущалась Кэйли
– Не сердись любимая, а выпей с нами, – ответил Джимми
– Не хочу я пить!
– Тогда поцелуй меня!
Они начали целоваться. Машина завернула за угол и немного сбавила скорость.
– Вот дерьмо, там человек, быстрее тормози! – закричала Кэйли.
Послышался стук.
В то время как машина должна была наехать на Уильяма, он резко побежал к забору. Послышался скрежет от тормозов. Внедорожник чуть не сбил Уильяма. В тот момент он как раз отошел с дороги. Еще б секунда и все.
– Вот охреневший идиот, – прокричал кто-то из авто. На что остальные начали громко хохотать. Хоть эти малолетние придурки чуть не сбили человека, они даже не остановились. Просто поехали дальше, как ни в чем не бывало. Походу это те, из леса. Одичавшие.
Уильям вовремя просто заметил неокрашенное пятно на доске. Он не видел и не слышал того автомобиля. Ему повезло, что он вовремя увидел пятно. Он подошел к нему и осторожно закрасил. Забор стал как новенький. Наверное. В это время поднялся сильный ветер, и небо покрылось тучами. Злые серые комки на небе предвещали что-то неладное. Уильям как раз хотел уходить, как начался дождь. Он накрыл свою голову курткой и поспешил в дом.
Уильям сел возле окна и смотрел, как на улице сохнут дороги. И тут он что- то вспомнил:
"– Бабушка, а зачем я это делаю? Это же бессмысленно!
– Не спорь со мной, говорю, это для твоего блага!
– Но я уже красил забор на прошлой неделе!
– Ты не помнишь? Я тебе говорила, что это для смягчения твоих приступов!"
– Та не может такого быть! Сказал сам себе Уильям.
Из последнего вердикта психиатра Э. Б. Траун. психиатрической больницы Фишвилтора, штат Монтана, про состояние пациента Уильяма Рэя:
" Сегодня день выписки. Все идет хорошо. Еще два месяца назад стан пациента начал улучшаться. Приступы стали приходить с утихающей силой и редко. Два-три раза в неделю. За год лечения это потрясающие результаты. Пациент в нормальном состоянии, разговорчив, приветлив. Выявлены побочные эффекты приема препаратов - полная амнезия некоторых моментов из жизни пациента, в том числе Уильям забыл причину своей боли. Он забыл тот вечер. Это его успокаивает. Но нужно не допустить того, чтоб он опять вспомнил. Он опять может вернуться в прежнее состояние и упасть в глубокую депрессию"