Часть Первая. Он и Она. Глава 4
4
Дождь понемногу стал заканчиваться, и Уильям вспомнил, что он утром в холодильнике видел плитку шоколада. Конечно же, нужно было ее съесть. Он слез из темного кожаного кресла, которое стояло возле окна, и не спеша пошел на кухню. Открыв холодильник, он увидел желаемую вещь. Все-таки ему не показалось.
Он з грохотом закрыл холодильник и начал распаковывать сладость. Но вдруг, как только Уильям коснулся рукой шоколадки, из нее начали вываливаться личинки. Они падали на пол с резиновым стуком и даже после падения с такой огромной высоты, продолжали жить и расползаться по полу. Вдруг Уильям понял что произошло:
– А-а-а-а-а-а-а! – прокричал как не своим голосом парень и кинул шоколадку на пол. – Какая мерзость, – брезгливо прокричал он и начал топтать шоколадку ногами, раздавливая все личинки, которые были внутри, и стер шоколадку чуть не в порошок Его от такого аж передёрнуло. Тут он быстро обулся, накинул на себя куртку и направился прямо в лес. Глубоко в лес.
Туда, куда он шел, вела тоненькая извилистая тропинка, утоптанная когда-то детскими ногами и обросшая мхом и травой, ее всеми силами хотели спрятать деревья своими огромными тенями, листки, падающие из деревьев и корни, которые рушили и сгорбили землю под ногами. В лесу так тихо было. Даже птицы не смели прерывать после дождевую тишину. Издавали звуки только листья, которые шуршали от падающих на них капель воды, и ветер, который покачивал медленно деревьями из стороны в сторону, от чего они скрипели.
Уильям все шел и шел, пока не дошел до развилки. Тут стояла огромная ель. Уильям начал вспоминать. С левой стороны должен быть знак. Три большие насечки. Нужно стать к ним спиной и идти прямо сто метров, после чего, нужно повернуть налево. Так он и сделал.
– Сто метров прямо, – диктовал он сам себе. – Потом налево. А сколько шагов потом? Ровно тридцать пять,- именно так говорила ему бабушка, когда они вместе гуляли этим старым лесом. Когда он шел он уже начал слышать шум падающей воды. Громкое бульканье и хлюпанье. Он так хорошо его запомнил!
Уильям повернул налево и прошел ровно тридцать пять шагов. После чего перед собой увидел сухие колючие кусты. Именно через них когда-то был проход. Увы, его уже не было, потому что Уильям давно сюда не ходил. Пришлось силой пролазить. Немного полазив по устам, и чуть не проколов себе все что можно, Уильям выбрался и увидел очень красивую и в тоже время знакомую картину. Старые, уже немного облысевшие ели и дубы как будто стены и башни окружали это место. Переплетения веток даже делали что-то похожее на крышу, но не цельную, а со щелями. Сквозь них пробивались тоненькие лучики света, которые освещали каменный уступ, сверху которого вниз спускалась маленькая река. Она падала с высоты десятка метров, и водопадом разливалась в маленькое озеро, которое на самом краю поляны вновь превращалось в реку. Почти возле самой воды стояло дерево. Это была зимняя яблоня. Ее когда-то посадил Уильям со своей бабушкой. Тут, под ветвями яблони, в траве лежала огромная колода, на которой, как будто на лавочке когда-то сидел маленький мальчишка с бабушкой и кормил уток. Уильям подошел к воде и сел на колоду. В отражении воды был все тот же замученный, похожий на старого сгорбленного деда, парень. Немного длинные каштановые волосы, тонкий нос и губ ы. Холодный взгляд и мрачный вид. Такой из себя был весь Уильям. На минуту ему показалось, что он оглох и перестал слышать что либо, и после недолгого писка в ушах он снова начал слышать звон воды, шум ветра, и капли, которые капали с ветвей прямо в озеро, покрывая его огромной скатертью из маленьких волн. Уильяму внезапно послышался какой-то шорох и громкий "Кар". Он поднял голову и увидел ворона, сидящего на ветке. Тот в свою очередь любопытно смотрел на него своими черными глазками-бусинками и часто-часто вертел головой. Черные, блестящие перья, переливающиеся на тусклом свете, синим и фиолетовым, он был тощим и замученным, как сам Уильям.