- Да, можете.
- Хорошо. Ну так вот, Сашко, вы не совсем правы. Хотя даже я тут в своей правоте полностью не уверен, но что-то мне подсказывает, что это правда. Поэтому я пытаюсь эту версию проработать, и вы мне в этом поможете.
- Что ж, если вы действительно в этом убеждены, - попытался быть более уверенным и серьёзным я, - то я вам помогу, чем смогу.
- Вот и чудненько. – подытожил следователь с весёлой улыбкой на лице.
Нам принесли наш чай. Он был довольно горячий и, что меня сильно озадачило, он был очень уж сладкий – будто половину стакана занимал именно сахар. Лимона я из-за этой сладости почти не чувствовал. Следователь отпил немного и, поправив воротник своего пальто, продолжил.
- Итак, Сашко, вы вот работаете дизайнером, то есть по специальности. Ну и как? Много вам платят?
- Ну, платят более-менее, не жалуюсь. На продукты и выплаты за квартиру хватает.
- А вы в однокомнатной квартире живёте или нет?
- Нет, нашёл недорогую двухкомнатную. Я там с сестрой живу. У неё своя комната, а я в гостиной сплю.
- Понятно. Ну и как вы можете описать такую свою жизнь?
- Ну, терпимо. Можно было и лучше, но это вполне себе среднестатистическая жизнь в нашей стране, как я думаю.
- Ясно. А есть кто-то, кто портит вам жизнь?
- Таких людей много. Иногда это просто прохожие. Или соседи мои – сволочи те ещё.
- А что насчёт гражданки Гордеевой?
Почему всё в моей жизни сводится к Лене?
- Ну, тут сложно объяснить. Мы с ней знакомы ещё со школьных времён. Тогда она была хулиганкой и издевалась надо мной. В основном, словесно. И вот сейчас мы встретились, и она, как мне кажется, почти не изменилась. Только стала почему-то более дружелюбной по отношению ко мне.
- Ну, эту дружелюбность я заметил. – ответил следователь. – Она к вам так и жалась. Но вы говорите, что она издевалась над вами и продолжает до сих пор. А на других людей это её поведение распространяется? И распространялось ли в школе?
Я хотел было ответить «Да», но вдруг задумался: а над кем она издевалась в школе, кроме меня? Поразмыслив немного и покопавшись в чертогах разума, я понял, что она ни с кем больше так себя не вела. Даже наоборот: она с остальными была очень мила и общительна, и только со мной превращалась в Дьяволицу.
- А зачем вам это? – спросил я озадаченно.
- Ну, просто мне кажется странным, что из всех бывших жертв своих издевательств гражданка Гордеева преследует после школы именно вас. Тогда складывается ощущение, что только вас она и травила, а больше жертв у неё не было. Или же вы были, так сказать, «любимчиком». Ну так что? Она только с вами себя так вела?
Я решил ответить честно.
- Похоже, что я был такой один.
- Так-с… - пробубнил следователь под нос и отпил чаю. – То есть она к вам привязалась?
- Ну, в каком-то смысле…
- Нет, вы не так поняли. Может, у неё присутствует некая одержимость вами? Иначе зачем ей с образованием хирурга идти работать в ту же компанию, где работаете вы? Зачем она постоянно ходит за вами? Зачем жмётся?
Любовная одержимость? Звучит, конечно, интересно, но всё же не знаю, можно ли применить подобное к Лене. Она, конечно, странная, но думаю, что она просто садистка, но никак не психопатка. Хотя тут от одного до другого один шаг, конечно.
- Не думаю. Скорее, это просто душевные порывы, которые мне не понять. – ответил я.
- А как вы к ней относитесь? – спросил следователь.
- Крайне неоднозначно. Я не понимаю её. Это девушка-загадка. Я, конечно, не специалист в чтении людей и никогда им не был, но вот её я понять не могу. То ли безумная, то ли у неё всё продумано… Так, погодите. А вам это зачем?
- Просто так вышло, что гражданка Гордеева представляет интерес и для меня. Она крайне неординарная персона, на мой взгляд. Таких людей немного, особенно в нашей Сибири.
- Для вас она неординарная, для меня – просто раздражающая. И таких людей очень много, и не только в нашей Сибири.
Меня этот разговор начал немного напрягать. Мне что, в обычной жизни Лены мало? Так нет же, тут ещё и следователь, который вроде должен расследовать преступление, не видит в нём ничего такого, а вот в чём видит, так это в «гражданке Гордеевой». Нет, хватит с меня Лены! Она и так слишком много в моей жизни маячит и будет маячить! Не надо, чтобы со мной её обсуждали чужие люди. Подумав об этом, я встал, вытащил из кармана две купюры по пятьдесят рублей и положил на стол.
- Спасибо за чай, Владислав Егорович. Мне пора домой.
Когда я уже повернулся и пошёл по направлению к выходу, я вдруг услышал, как Владислав Егорович в спину говорит мне:
- Проверьте её квартиру! Уверен, что там будет много интересного…