- П…Прости… - смог я выдавить из себя.
- Ладно, мы потом поговорим. – сказала Лена и ушла в гостиную. Я же еле нашёл в себе силы подняться и, раскачиваясь из стороны в сторону и держась за стенки, пошёл в ванную.
Держась за раковину, я посмотрел в зеркало. И тут я понял, что ненавижу ту идиотскую рожу, что смотрит на меня оттуда. Себя, то есть. Это только я мог так глупо загубить своё счастье. Так подставить человека, который к тебе с лаской, с заботой… Как так можно?! Ещё и Соня сбежала… Куда? Неужели, снова мстить Наде? Или она бросила меня?..
Всех я настроил против себя. Сестра, видимо, возненавидела меня за то, что я с ножом пошёл чуть ли не убийство совершать. Лена возненавидела меня за то, что я её предал. Может, я и не заслуживаю счастья, если сам рушу его? Может, потому я и заслужил всё, что со мной делают? Жалкий, нервный, глупый… Вся моя ненависть к себе накопилась желчью в моей душе, и я громко прокричал:
- Ненавижу себя!
После этого я со всей силы ударил лбом о зеркало.
После удара я упал на пол. Моя голова кружилась. Когда я потрогал лоб, я нащупал мелкие осколки, торчавшие из кожи, и тёплую кровь. Но я не страдал от боли, я чувствовал какое-то непонятное облегчение. Будто раскаялся в грехах и понёс заслуженное наказание. И тут прибежала Лена. Я думал, что она посмеётся надо мной, но она быстро встала на колени и, взяв меня за голову, начала осматривать.
- Сашенька! Миленький! Что случилось? Зачем, зачем ты это сделал? – спрашивала она меня обеспокоенно.
Я хотел было что-то ответить, но скоро отключился.
Когда я очнулся, то увидел, что Лена сидит напротив меня и пристально смотрит с беспокойством в глазах. Она, казалось, сейчас заплачет. Я притронулся ко лбу и нащупал повязку.
- Не трогай пока. – сказала Лена и аккуратно убрала мою руку.
- Лена… - хотел что-то сказать я, но мысль застопорилась, и я замолчал.
- Саш, ты можешь говорить?
- Да, могу. – слабо ответил я.
- Почему ты ударился лбом о зеркало?
- Как зачем?
- Зачем ты так навредил себе?
- Это в наказание за то, что я сделал.
- Что ты сделал?
- Я предал тебя.
Лена удивилась.
- Как предал?
- Ты знаешь. Я сотрудничал с тем следователем, и теперь он уверен, что ты убила и наших соседей, и Серегу Михалева… Если бы не я, то ничего бы не было…
Лена взяла мою руку в свою. Я высвободил свою руку.
- Я не достоин держать твою руку. Я жизнь тебе испортил… Ты меня любила, а я так с тобой поступил…
- Саш, не наказывай себя так. Я прощаю тебя за это. Грех небольшой, да и тебя можно понять…
- Я не достоин твоего прощения…
- Не… не достоин?
- Да. Ты лучше меня. И ты была неправа тогда, в кафе: я всё-таки плохой человек.
Лена опечалилась. Несмотря на мои слова, она взяла мою руку и приложила к своей голове, стараясь двигать моими пальцами так, чтобы те чесали её за ушком. Она тяжело дышала, а из глаз полились слёзы.
- Это ты прости меня, Саш… - сказала она, отпуская мою руку. – Я многого тебе не сказала… Но теперь уже и не смогу.
- Нет, я не допущу, чтобы тебя посадили… Я тебя спасу от этого… - сказал я и приподнялся на кровати, но Лена уложила меня обратно.
- Тише, Сашенька, тише… Всё будет хорошо. Я больше не доставлю тебе проблем.
С этими словами она поцеловала меня в губы – нежно, с любовью, словно в последний раз. Я инстинктивно закрыл глаза, предаваясь наслаждению, и… заснул.
Проснулся я где-то полтора часа назад. Я оказался абсолютно один в пустой квартире. Свет не горел, стояла тишина. Ни Лены, ни Сони не было рядом. Я почувствовал какую-то пустоту внутри от осознания этого. Когда я встал, я обнаружил на комоде то, что я меньше всего ожидал увидеть: дневник Лены. А на нём лежала записка, написанная её рукой. Я взял записку и прочитал:
«Милый Сашенька. Пишу тебе на прощание. Не вини себя в том, что пути наши разошлись. Скорее, в этом виновата я. Прочти дневник и узнай меня настоящую. А потом найди настоящее счастье. Я тебе его не принесу.
Лена»
Я прижал записку к груди, и у меня к глазам подступили слёзы. Моё дыхание стало настолько прерывистым, что я чуть не упал в обморок, но нашёл в себе силы, схватив заодно и дневник, присесть на кровать. Головокружение прошло, и я обратил внимание на книгу. Она была изрядно потрёпана то ли временем, то ли условиями содержания: страницы чуть выцвели, чуть помялись. Я понимал, что в этой книжечке находятся, возможно, ответы на все мои вопросы, и сначала несколько колебался: а стоит ли мне знать? Но потом я отринул все сомнения и заглянул в дневник…