Тот пожал плечами. Слава нерешительно коснулся руки Лихо.
– Выпусти его, – мягко попросил он, – он нужен нам, чтобы помочь другим людям.
Великан протянул свое привычное «ы-ы-ы» и нехотя раззявил пасть. Он засунул руку себе в рот и вскоре вытащил Ивана-царевича. Тот болтался в его пальцах, как килька в масле, обмазанный полупрозрачной слюной.
4
Не успел Слава ничего сказать, как Лихо отпустило царевича, и тот упал наземь. Леший помог подняться.
– Что…что это было? – спросил Иван.
– Тебя съел Лихо.
– Я не об этом. У меня будто в голове перещелкнуло, – он протер лицо и посмотрел на Славу. – Ты! Ты должен был остаться с ведьмами, а не удирать, как последний трус.
– У меня определенно были причины. Ты обещал отобрать у меня глаза! – Слава моргнул, понимая, что в царевиче что-то изменилось. – Откуда…
– Не твоего ума дело, – отмахнулся царевич.
– Ваня, нам нужны твои сапоги, – перебил его Леший. – Это действительно важно.
– Не отдам. Только с ними я могу выполнить свое предназначение.
– Какое? Бродить по лесам, пока по косточкам не развалишься? – спросил Леший. Потерев морщинистый лоб, он добавил: – Я знаю, где сейчас Василиса.
Иван насторожился.
– Если ты отдашь нам скороходы, я помогу тебе встретиться с женой.
– Я могу тебе доверять?
– Я царь Густой рощи, не забывай об этом.
– Кем бы ты ни был, я не обязан тебе верить. Да и с чего ты вдруг помогаешь этому незнакомцу? Что в нем такого особенного?
Леший щелкнул пальцами. Повисла неловкая пауза. Леший повторил жест несколько раз, затем бросил взгляд на Славу. Тот спохватился и высек золотую искру. Глаза Ивана-царевича округлились.
– Этого не может быть. Боги давно покинули Залесье!
– Как видишь, в этом мире может быть все, что угодно. Поэтому не препятствуй нам и помоги.
Иван наклонился, снял сапоги и протянул Славе.
– Бери. Надеюсь, ты не держишь на меня зла. А если держишь, то…прости.
Слава взял сапоги, едва скрыв брезгливость при взгляде на разлагающиеся руки царевича.
– Надевай, – сказал Леший. Когда тот обулся, он добавил: – Теперь повернись к березовой арке и сделай шаг.
– Не забудь закрыть глаза, – сказал Иван.
Слава закрыл глаза и шагнул в неизвестность.
13
1
Птица смотрела на него человеческим взглядом, но могла лишь стрекотать. Вурдалак удовлетворенно покачал головой.
– Чего не сделаешь ради цели, – протянул он, спускаясь к трону. – В замке так тоскливо, даже поговорить не с кем. А ты, как человек, слишком болтлива, поэтому я забрал твою речь. Не волнуйся, вешницы-сороки умеют превращаться в человеческое обличье.
Вурдалак сел на трон, закинул ногу на ногу и посмотрел на птицу. Она отлетела на изголовье, недовольно стрекотнув.
– Все начинается с кого-то, – сказал он. – Твоя история начнется с меня, но ты сможешь повлиять на свою судьбу. Я не какой-нибудь бездушный монстр, создающий себе рабов. У тебя будет свобода и ты будешь вольна творить то, что тебе вздумается, пока снова мне не понадобишься. В награду за службу я награжу тебя небольшой магической силой. Разве власть – не то, чего ты желала?
Сорока спикировала ему на руку и вцепилась когтями в бледную кожу. Вурдалак не чувствовал боли, как бы она ни старалась навредить ему.
– Вижу, тебя это заинтересовало?
Наташа резко дернула головой, раскрыв клюв.
– Что ж…тогда слетай пока к избушке на курьих ножках и осмотри ее. Расскажешь мне обо всем, что видела, слышала. Увидишь внутри бледного юношу – запомни в нем все.
Сорока взмахнула крыльями и взмыла под высокие потолки.
– Еще одно, – прикрикнул Вурдалак, – осмотри землю вокруг избушки. Найди места, где земля рыхлая, и сообщи мне.
Наташа махнула хвостом и вылетела в окно. Она не понимала, откуда знает, куда лететь, но ощущение ветра, холодящего птичье тельце, ей понравилось.
2
Отшвырнув метлу, Яга взмахом иссушенной руки отворила двери замка.
– Вурдалак, будь ты неладен! – закричала она. Ее голос грозным фоном разнесся по просторному залу. – Ты не сможешь от меня избавиться, пока не объяснишься!
– Чего тебе еще объяснять? Я уже устал от тебя, – ответил он.
Яга дернулась, остановилась и взглянула на трон. Она привыкла к скрипучим ноткам в его голосе, и никак не ожидала услышать молодой сильный голос. Мало того, что он был очаровательным, так еще и звучал с лукавинкой.