Они молча пересекли зал, лавируя между столиками. Впереди важно следовал метрдотель, за ним Лосев. Из зала они попали на кухню, миновали кафельно-белый коридор с какими-то службами по сторонам, где суетились люди в белых халатах и колпаках. Неожиданно за одним из поворотов Виталий увидел впереди тонкую фигуру Вали Денисова. Но тут Пётр Степанович открыл какую-то дверь и сипло, хотя и откашлявшись, сказал:
— Милости прошу.
В маленьком его кабинетике Виталий не стал терять время. Остановившись возле двери, он резко сказал:
— Вот что, Пётр Степанович. В ресторане находится преступник, которому вы тут проводы устроили. Это некий Гарик.
— Но позвольте… позвольте… — попытался что-то возражать Пётр Степанович, вид у него был совершенно обескураженный.
— Не позволю, — жёстко перебил его Лосев. — У нас нет времени. Если не хотите иметь дальнейших неприятностей, немедленно вызовите Гарика в коридор, под благовидным предлогом, конечно.
— Но… но этого не может быть… тут какая-то… ошибка… — растерянно пролепетал Петр Степанович.
Высокая, представительная фигура его как-то съёжилась и поникла, шеи не стало видно, плечи приподнялись, холёные щёки налились краской, а очки почему-то вдруг запотели, он их снял и, близоруко щурясь, стал протирать белоснежным платком и снова водрузил на побледневший нос.
— Пойдёмте, пойдёмте, — предложил Лосев всё так же сухо, но, задержавшись внезапно в дверях, спросил: — Из той комнаты только один выход?
— Один, — просипел Петр Степанович и снова откашлялся.
Виталий критически оглядел его.
— Придите же в себя, чёрт возьми, — раздражённо сказал он и снова спросил — Гости давно сидят?
— Почти два часа.
— Выпили много?
Пётр Степанович почему-то замешкался с ответом.
— Говорите, говорите, — насмешливо заметил Лосев. — Я же понимаю, что вы их там не держите на сухом вине и шампанском. Так много выпили, я вас спрашиваю?
— Порядочно, — выдавил из себя Пётр Степанович.
— В данном случае это неплохо. А что вы скажите сейчас Гарику?
— Чтобы… выбрал горячее сам. Он уже бывал на кухне.
— Смотрите, — угрожающе предупредил Лосев. — Осечки быть не должно.
Они вышли в коридор и направились к дальней двери, в стороне от которой виднелась фигура Денисова. Коли Захарова видно не было.
По сторонам коридора тянулись какие-то кухонные помещения, тоже отделанные белым кафелем, с огромными плитами, где шипели горелки, под потолком гудели вентиляторы, в других комнатах видны были широкие разделочные столы, в разные стороны уходили какие-то коридоры. Всюду сновали озабоченные, разгорячённые люди в белых халатах.
Виталий оглядывался на ходу. Привычное холодное возбуждение владело им.
Когда подошли к нужной двери, Пётр Степанович приосанился. Щёки его приобрели нормальную окраску. Он, видимо, уже взял себя в руки и здраво оценил обстановку.
Лосев и Денисов отступили в сторону, откуда-то появился и Захаров. Пётр Степанович мельком оглядел всех троих и, вздохнув, толкнул дверь.
В комнате было шумно, накурено и жарко. За столом расположилось несколько человек, парни и девушки. Чувствовали все себя, видимо, прекрасно.
— Гарик, — сказал Пётр Степанович самым безмятежным тоном, и Лосев подивился его невесть откуда взявшемуся самообладанию. — Пойдём, сам выберешь горячее и гарнир. Ты же у нас знаток.
— Айн момент, — весело отозвался круглолицый черноволосый парень, потные, перепутанные пряди падали ему на глаза. Он допил рюмку, сунул в зубы недокуренную сигарету и легко поднялся из-за стола.
На нём был серый костюм и красная рубашка с расстёгнутым воротом. Правый карман пиджака сильно оттягивался чем-то. Гарик оказался широкоплечим, мускулистым парнем, причём внешне довольно привлекательным, насколько мог его рассмотреть Лосев в образовавшуюся щёлку между петлями необычно широкой двери. Поднялся Гарик из-за стола быстро и пружинисто, словно и не пил ничего в этот вечер.
Пётр Степанович, улыбаясь, вышел в коридор первым. За ним последовал Гарик. И тут он сразу же увидел двух людей, ждущих его.
В тот же момент произошло нечто неожиданное. Гарик вдруг со всего размаха ударил Петра Степановича по голове, и тот, вскрикнув, рухнул прямо на руки Лосеву, а Гарик, перепрыгнув через него, головой ударил Денисова в живот так, что тот невольно отшатнулся, и метнулся по коридору, тут же исчезнув за поворотом.