— Слышал, что нет. Так другие есть. Лезть в их дела не привык. Ну их. Моя задача, если на то пошло, денег набрать и дом построить.
— И дорого он вам выйдет?
— А вы думали! Один фундамент в тысячу встанет. У нас же торфу под ногами на метр сорок. Да сам дом, если купить да привезти, тысячи на две с половиной потянет. Да шабашники, чтоб его поставить, не меньше как тысячу возьмут, и ещё гляди, чтоб на совесть сработали. На них закона нет. Ну а там ещё электричество подвести, водопровод, дороги, осушка болота. И-и, не сочтешь…
Клинкин разволновался, забыв о своей опасливой сдержанности. Нешуточные заботы, одолевавшие его, прорвались сквозь тонкую плёнку недоверия и боязливости. Перед Игорем сидел пожилой, усталый и издёрганный человек, из последних сил боровшийся за своё маленькое благополучие, за свою, видимо, сокровенную мечту: домик и садик, тишина и покой на старости лет.
— Что ж, разве вы один деньги на всё собираете? — сочувственно спросил Игорь. — Небось взрослые дети есть, помочь должны.
— Есть-то они есть, — вздохнул Клинкин. — Да руки у меня одного. У них головы. Дочь вон врач в поликлинике. На сто сорок свои бьётся с дитём, без мужа. Сын инженер, тоже недалеко от неё ушел, и семья, конечно.
— Люди-то они хорошие?
— Дай бог всем таких дитев. Но о внуках — моя забота. Родителям только прокормить хватило бы да одеть как-никак. Эх, чего уж там, — Клинкин вздохнул. — Я Фёдору своему говорил: иди ко мне, всему обучу, ремесло ведь тонкое, редкое, и какие-никакие деньги будут. Нет, образование ему надо. Ну а теперь не знает, как удрать из своей конторы и ко мне прибиться или ещё куда. Однако поздновато уже.
— А у вас с заработком всё-таки прилично выходит? — напрямик поинтересовался Откаленко. — Клинкин наконец-то взглянул на него, подозрительно и опасливо, и в свою очередь спросил:
— Вы, извиняюсь, откуда будете?
— Из МУРа. Слышали про такую фирму?
— А как же. Но зачем тогда заработками интересуетесь? Вам, я полагаю, надо узнать, кто убил, а не сколько я своим горбом зарабатываю.
— Точно, — усмехнувшись, согласился Игорь. — Но тема у нас с вами получилась больно острая, я бы сказал. Она кого хотите заденет. Что ж я, Иван Иванович, не понимаю, как вам достаётся? И если вы иной раз со стороны заказ прихватите…
— А что прикажете делать? — живо откликнулся Клинкин, подавшись вперёд и окончательно забыв свою недавнюю сдержанность. — Вы глядите, что получается, — он по привычке стал загибать пальцы. — План у меня на месяц пятьсот пятьдесят рублей. Так? Из них двадцать четыре процента моих, зарплата то есть. Это выходит сто тридцать, так? Но план этот я играючи выполняю. А оставшееся время куда? Бумаги писать я не обучен и ничему другому тоже. Остаётся что? Остаётся заказы брать, так?
— Опасно, — покачал головой Игорь и сочувственно вздохнул.
— Именно! — подхватил Клинкин, с досадой ударив кулаком по острому колену. — А вы мне дайте не двадцать четыре процента с плана, а, допустим, сорок, но и план увеличьте вдвое, допустим. И сразу всем выгода. Клиенту дешевле, государству больше дохода, ну и нам тоже. Так? А вот нет же! — Он снова взмахнул кулаком. — Начальство ни в какую. Почему, спрашивается? Тут, полагаю я, расчёт свой есть.
— Какой же тут может быть расчёт? — заинтересовался Игорь.
— Ха! Они же мухлевать нас толкают. И мы у них, выходит, на крючке оказываемся. Как же тут можно не поделиться? Вот денежки наши неправедные вверх и поползли. А в случае чего ответ нам, мастерам, держать. Не им. Начальство-то в стороне. Вроде даже как борется с нами.
— Вот и до начальства добрались, — засмеялся Игорь. — И не обожглись.
— Так вывели вы меня, — ворчливо и довольно отозвался Клинкин.
— Ну а раз вывел, то можно, наверное, сказать, зачем в тот вечер Семён Прокофьевич приехал на болото? — усмехнулся Игорь, возвращаясь к главной теме разговора.
— Можно, можно, — по-прежнему ворчливо, но уже дружелюбно согласился Клинкин. — Деньги из людей выдирать, вот зачем прикатил. Это же ужас, я скажу, как он умеет из людей деньги выдирать… то есть умел, конечно. Ну не отобьёшься. Просишь хоть на месяц взнос отложить, а он ни в какую. Мёртво берёт… то есть брал.
— Что ж он, наличными разве собирал?
— А как же. Потом, надо думать, в банк вносил. Частично, конечно. Общественные расходы-то будь здоров какие. И осушка, и свет вести, и водопровод, и дороги. Всякие организации уговаривать и заинтересовывать надо.
— Ещё статья расходов? — понимающе спросил Откаленко.