— Всего на несколько минут?
Зак хохотнул и потянулся к пуговицам на ее блузке.
— Ну, может, чуть дольше.
Они вернулись на вечеринку только спустя час.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Шли недели. Чувства Джей и Зака менялись, приобретая все новые оттенки так же, как и производимые ими вина.
У них было много общего. Гораздо больше, чем Джей предполагала вначале. Им обоим нравились черно-белые фильмы и старые постановки Зайнфелда. Когда появлялось свободное время, оба предпочитали читать интересные детективы, а если речь шла о десерте, и Зак и Джей жить не могли без шоколада.
Их взгляды расходились только в отношении политики, но и здесь они всегда отыскивали компромисс, хотя оба обожали спорить. Эти споры лишь распаляли страсть, которая потом проявлялась в постели.
В какой-то момент Джей решила, что наконец поняла, почему ее отец женился во второй раз после того, как мать Джей — его первая жена — бросила их. Если ты не один, то чувствуешь себя намного лучше. Хорошо, когда есть с кем сесть за стол и поговорить.
И, конечно, секс…
Зак был внимательным и заботливым любовником. Он отдавал столько же, сколько просил, и Джей всегда старалась полностью его удовлетворить. Иногда она становилась лидером и провоцировала его на занятия любовью. А временами она примеряла на себя роль ученицы, жаждущей знать, что Зак сделает в следующий момент. Зак действительно обладал великолепной фантазией, а скоро и Джей открыла для себя, что и сама достаточно изобретательна в постели.
Впервые в жизни Джей была так уверена в собственной женственности. Она наслаждалась тем, что родилась женщиной. Настолько, что полностью перестала ощущать себя девчонкой-сорванцом. Она перестала надевать бесформенные рубашки и брюки даже на работу. Одежда ее отца перекочевала в кладовку. Она больше не была нужна ей, чтобы чувствовать себя ближе к отцу. Его присутствие ощущалось всегда, она находила отца в своей душе, так же как во многих окружающих ее вещах — в винах, виноградниках, дегустационном зале, в доме…
Папе понравились бы перемены, произошедшие с «Медальон», Джей была абсолютно в этом уверена. И он гордился бы дочерью за то, какую роль в них она сыграла. Джей знала, что и Зак покорил бы отца, даже если бы отец и не одобрил их близкие отношения из-за того, что оба не хотели ничего серьезного.
По правде говоря, это начинало беспокоить Джей. Иногда в утренние предрассветные часы, когда Зак вылезал из постели и шел в ванную, она желала, чтобы он остался. Девушка заметила, что укрепляется в желании более серьезных отношений и хочет постоянства, хотя и была всегда настроена против брака.
Пару раз во время занятий любовью Джей почти прошептала слова, описывающие ее чувства, которые постепенно становились все сильнее и пугали ее все больше. Каждый раз девушка сдерживала себя с большим трудом. Она списывала те моменты слабости на гормоны и на то, что удовольствие было слишком велико. В конце концов, всем известно, что в моменты наивысшей страсти люди часто произносят то, что никогда не сказали бы, пребывая в спокойном состоянии.
Слава богу, днем Джей была слишком занята работой, чтобы размышлять о своей личной жизни. Весть о ее партнерстве с Заком распространилась по окрестностям. Их завалили просьбами о пресс-конференциях и интервью. В местной газете «Траверс-Сити» появилась целая статья, в которой обсуждалось не только то, что Джей стала совладелицей «Медальон», но и отказ Зака от акций «Хол-ланд Фармс» в обмен на то, чтобы уехать и открыть свое дело, куда менее прибыльное.
Пресса сделала свое дело. Скоро статьи о «Медальон» стали появляться в газетах по всей стране. Мама Зака даже звонила, чтобы сообщить, что прочла о «Медальон» и планах сына в местной газете.
— Мы подняли настоящую шумиху, — улыбался Зак Джей.
Несмотря на их старания сохранить свои отношения в секрете, люди начали сплетничать и размышлять о том, что же на самом деле связывает новых владельцев «Медальон». Кори была среди них, хотя лучше всех представляла себе, что происходит за закрытыми дверями дома ее подруги.
Однажды субботним днем — стояли последние дни ноября — подруги сидели за столиком кафе и болтали обо всем на свете, как вдруг Кори сказала:
— Мне идут все оттенки голубого.
Джей не сразу поняла, о чем речь.
— Прости?
— Голубой. Ну, для платьев подружек невесты. Только не персиковый, прошу тебя! — Кори скорчила рожицу. — Он меня бледнит.