«Кто бы мог подумать, что этот пижон нацепит на себя те же самые очки, что были на Мордере. Нужно было сбросить их вслед за хозяином, когда тот пошел ко дну у причала третьего дока», — думал Смуглер, стараясь не смотреть в сторону Колхени.
Спайдер был доволен, хотя и не показал виду, чтобы не выдать какие-либо эмоции перед своими подчиненными. «Смуглер сыграл в дурака, а Мордер в ящик. Интересно, кто из них выиграл больше?» — подумал он, а вслух сказал:
— Вы хорошо поработали, парни. Я доволен вами.
Глава 17
Заместитель комиссара полиции Плобитауна капитан Хэнк был невысоким плотным мужчиной крепкого телосложения, одетым в неизменно отутюженный мундир с надраенными до блеска пуговицами. Гражданской одежды капитан не признавал, считая ее недостойной для того, чтобы ее носил настоящий, уважающий себя полицейский. Свой форменный мундир с капитанскими нашивками Хэнк каждое утро гладил лично сам, не доверяя такую ответственную работу даже своей жене, с которой жил вместе уже около двадцати лет. Двойной ряд блестящих пуговиц на мундире Хэнк постоянно полировал специальной тряпочкой, которая хранилась у него в нагрудном кармане.
Капитан Хэнк занимал пост заместителя комиссара Боба Гантера уже почти десять лет и считал себя непревзойденным знатоком не только в раскрытии преступлений, но и в приготовлении кофе. Он был твердо убежден, что хороший полицейский обязан любить этот напиток и уметь его готовить. Полицейский, работающий без чашки или хотя бы пластмассового стаканчика с кофе на своем рабочем столе, в понимании капитана, был не полицейским, а бездельником, заслуживающим увольнения.
Хэнк выписывал специальную литературу о кофе, посещал элитный плобитаунский клуб «Кофейный гурман», поддерживал переписку с членами этого клуба на других планетах галактики и постоянно изобретал свои собственные способы приготовления этого напитка.
Изощряясь в очередном способе приготовления кофе, капитан Хэнк как демократический начальник угощал им своих подчиненных, которые заходили к нему в кабинет по делам службы. Он наблюдал за их реакцией и в случае отрицательного результата менял состав ингредиентов, в которые входили не только сам кофе, но и другие компоненты, от соли до пепла дешевых сигар.
На его широком рабочем столе из темного дерева стояла большая электрическая кофеварка, к которой была привинчена медная табличка с выгравированной надписью: «Доблестному стражу порядка и стабильности» , подарок сослуживцев к сорокалетию.
И еще у капитана Хэнка была страстная мечта — он очень хотел занять кресло комиссара полиции города Плобитаун.
Сейчас капитан Хэнк сидел в своем кабинете и писал. отчет о проделанной за прошедший месяц работе вверенного ему управления. Он постоянно в конце каждого месяца писал подобные отчеты, когда шел докладывать своему шефу комиссару Бобу Гантеру о состоянии криминогенной обстановки в городе. Сейчас комиссар улетел на планету Брукс, где проводился конгресс под лозунгом «Борьба с преступностью — дело каждого гражданина галактики» и куда были приглашены высокие полицейские чины со многих планет, входящих в состав Межгалактического Объединенного Союза Свободных Планет.
Капитан Хэнк не любил писать отчетов и поэтому тянул с ними до самого последнего срока. Комиссар должен был прилететь через неделю, и Хэнку хотелось поскорее разделаться с этой скучной бумажной работой, чтобы заняться более интересными делами.
Кофеварка, стоявшая на столе капитана, загудела, и на индикаторной панели зажглась зеленая лампочка, показывающая, что кофе готов. Хэнк потянулся, разминая уставшую от долгого сидения за столом спину, и подставил в специальное углубление в кофеварке фарфоровую чашечку с розовым амурчиком, нарисованным на боку, — подарок жены. Рядом с кофеваркой на столе капитана стояли большой старомодный телефонный аппарат из черного эбонита и фотография самого Хэнка в окружении жены и двух дочерей. Фотография была сделана лет десять назад, когда Хэнк был еще лейтенантом.
Поставив чашку с кофе перед собой, капитан выдвинул верхний левый ящик стола, где рядом с потертой кобурой, в которой лежал его табельный бластер, стояло множество маленьких баночек. В этих баночках находились различные приправы, которые Хэнк любил добавлять в приготовляемый им кофе. Названия на баночках не всегда совпадали с их содержимым, но это мало волновало капитана. Ему был важен сам процесс.
Неожиданно в дверь кабинета раздался стук. Хэнк поставил на стол чашку, которую он уже держал в руках, и раздраженно посмотрел на стеклянную матовую дверь своего кабинета. За дверью был виден темный, размытый силуэт сгорбившегося в ожидании человека с орлиным профилем.
— Войдите, Оверкилл! — отрывисто бросил Хэнк. Дверь растворилась, и на пороге появился заместитель Хэнка лейтенант Брюс Оверкилл.
— Не оторвал от дела, шеф? — спросил лейтенант. — Если заняты, зайду попозже.
Оверкилл, как только оказался в кабинете своего начальника, увидел на столе капитана чашку с кофе. А лейтенант прекрасно знал, что опасно появляться в кабинете своего патрона, когда он варит этот напиток.