Наконец, он сказал:
— Если мне не изменяет память, вы рассказали, что генеральша и майор Мерри Рулз при согласии большинства колонистов Мартиники решили положить конец флибусте, по крайней мере, в окрестностях Мари-Галант?
— Именно так, — подтвердил Байярдель, — но, кроме этого, их решение находится в полном соответствии с королевским приказом, в котором сказано, что всякий морской разбойник должен быть доставлен в ближайший порт, предстать перед судом и быть повешен, не забывайте об этом!
— Так вот, я говорю, что со стороны этих достойных особ, правительницы Мари дю Парке и майора, была допущена ошибка в трактовании приказа Его Величества. Именно! Иначе как же могло случиться такое, что самый заинтересованный в этом деле человек, я имею в виду командора Пуэнси, которому поручено от имени короля подписывать подорожные, не был поставлен об этом в известность? Господин Мерри Рулз, должно быть, совершил сознательную ошибку: он для своей выгоды перепутал пиратов и флибустьеров, как он спутал морских разбойников и корсаров!
— Мне это неизвестно, — признался капитан. — Я получил приказ и должен подчиниться.
— А ведь вы совсем не любопытны, приятель…
— Но к чему здесь мое любопытство? Разве я могу нарушить приказ, что бы в нем ни было написано, после того, как дал клятву верности?
— Именно здесь у вас, военных, слабое место! Посмотрите: если я завтра отдам своим ягняткам глупый приказ, никто меня не послушает! У нас каждый волен действовать по своему усмотрению, лишь бы не мешал другому. Но речь не об этом. Пока вы тут философствовали, я спрашивал себя, что подумает командор де Пуэнси, если узнает о том, что король переменил свое решение относительно флибустьеров? Еще я спросил себя, что он подумает о Мерри Рулзе, если узнает, что тот действовал по своей собственной воле?
— Мерри Рулз находится в своей крепости, и ему наплевать на то, что подумает о нем Лонгвилье де Пуэнси…
— Интересно, — со странным выражением ответил Лефор.
— Да тут все ясно! — стал уверять его Байярдель. — Не делайте вид, что верите, будто командор пошлет в Сен-Пьер эскадру, чтобы кого-то наказать! Мартиника, слава Богу, принадлежит Франции, так же, как и Сен-Кристоф. И нападение на него будет означать со стороны де Пуэнси мятеж против короля!
В качестве ответа Лефор сначала усмехнулся, а затем сказал, обращаясь к своему другу:
— А вы не припоминаете, приятель, отношение де Пуэнси к присланному сюда наместником господину де Туази? Он был прислан сюда Его Величеством, чтобы принять под свое управление все острова Сен-Кристоф, но командор приказал обстрелять судно, на котором тот прибыл. Король, а вернее, кардинал, был очень недоволен… Но разве из-за этого положение де Пуэнси стало хуже? Наоборот!
— Можно напасть на человека, как, например, на господина де Туази, это — да, — признал Байярдель, на которого пример произвел большое впечатление, — но — на город? На город, расположенный на французском острове!
— Согласен с вами. Но хотел бы задать один вопрос. Не кажется ли вам, что у нас существует власть, которая превышает власть Мерри Рулза? Я говорю о короле Франции. И его же власть, я полагаю, выше, чем у верховного правителя островов, господина де Пуэнси? Ведь так? И поэтому у меня не выходит из головы, что наш добрый король Луи чего-то не углядел. Если все в порядке, то он не мог дать командору полномочия, которых тот просит, а после этого еще и майору Мартиники — для того, чтобы уничтожить…
— Вы правы! — подтвердил Байярдель.
— В этом случае, мне кажется, что сейчас нужно идти не в Сен-Пьер, как вы предлагаете, а срочно предупредить командора о том, что происходит. О, вы его еще не знаете, мессир! Вы увидите, что он подпрыгнет до потолка, когда услышит, что я ему расскажу! И еще увидите, как ему подыграет Лавернад! Тогда держись, Мерри Рулз!
А поскольку Байярдель молча слушал, то Лефор продолжал:
— Сейчас только господин де Пуэнси может принять решение; только он один сможет разобраться в том, что скрывается за действиями майора. Бог мой, ведь он обладает властью над всеми Антильскими островами!
— Значит, вы хотите пойти в Сен-Кристоф прежде, чем в Сен-Пьер? — спросил охранник.
— Да, — согласился флибустьер и добавил, — как только я вам верну свободу, капитан, вам и вашим людям, — то подниму якорь и направлюсь прямо к Басс-Терр! — Байярдель в ярости схватился за голову: