— Но мне надо внутрь, — недоуменно произнесла приключенка. — Нужно непременно освободить ИХ, понимаешь? ИМ ведь так больно и плохо быть замурованными в жалкой стекляшке, вытягивающей из НИХ последние силы…
— Они — это кто? — его собеседница не проявляла агрессии, и Элай решил попытаться выяснить, что к чему.
— ОНИ — это ОНИ. Запертые в энергетических кристаллах искры жизни разумных. ИХ нужно выпустить, обязательно! Ведь у НИХ тоже есть те, кто ИМ дорог…
— Рианна, ты ошибаешься! — попытался достучаться до нее Элай. — Эти искры — просто визуальный эффект, и никакой связи с искрами жизни разумных созданий тут нет. А если уничтожить энергетический кристалл, то защитный контур падет, и тогда монстр набросится на город.
— Какой монстр, о чем ты? — Рианна казалась крайне удивленной.
— Тот самый, чьих светляков ты разносила по поселкам. Это ведь была ты, правильно?
— Конечно, — она и не подумала отпираться. — Эти разумные были так несчастны, так одиноки, что я просто не могла пройти мимо и не помочь им! Им хорошо теперь вместе с моими друзьями, так что ты не волнуйся на их счет. Им больше никогда не будет больно и одиноко, никогда не придется терять тех, кто им дорог… — и на этих словах беловолосая приключенка внезапно нахмурилась и потерла рукой лоб.
Элай с изумлением наблюдал за собеседницей. Похоже, Кукловод работал тоньше, чем ему до этого казалось, и подменял воспоминания и картину мира своей марионетки таким образом, что она переставала осознавать истинное положение дел и начинала стремиться к ложной цели, не понимая, что творит. И он даже догадывался, почему у Рианны сложилась именно такая иллюзия действительности. «Вот ведь сволочь какая, — подумал он о монстре. — Бьет по самым уязвимым местам».
Между тем беловолосая приключенка вдруг очнулась и перевела опустевший взгляд на него. Элай напрягся и поудобнее перехватил свой меч. Он ей очень сочувствовал, но пропускать мимо себя не собирался никоим образом. Однако, вопреки его ожиданиям, Рианна вовсе не стала хвататься за свое оружие, мирно покоящееся в ножнах на бедре. Вместо этого она уверенным движением сунула руку под плащ и извлекла оттуда обычную фляжку для воды.
«Вряд ли ей внезапно захотелось горло промочить, а значит — светляки! Наверняка у нее светляки там запрятаны!» — понял Элай и слегка побледнел. Превращаться в безвольную куклу ему не хотелось категорически, а что еще более важно — он никак не мог позволить ей пройти мимо себя и совершить то, за чем она сюда явилась. Решение пришло мгновенно. Он метнулся к ней, стремясь помешать ей выдернуть из фляжки пробку. И, несомненно, успел бы, если бы у него за плечами не было бесконечной изматывающей гонки, и как следствие, висящего на нем дебаффа недосыпа, существенно снижающего основные характеристики.
Пробка вылетела из фляжки, и несколько серебристых светляков тотчас выбрались наружу.
Что ж. Ничего не поделаешь. Вернуться назад, за факелом, и попытаться отмахаться? Нет, Элай не мог так рисковать. Если верить Чиа, то споры не управляют носителем, а только ведут жертву к монстру. А значит, из него получится всего лишь еще один лемминг, но никак не зомби. И если ему удастся сейчас вывести из строя Рианну — тогда в общем-то уже не важно, что потом будет с ним самим…
Его меч устремился вперед, чтобы пронзить ее насквозь, и в этот самый момент воздух рядом с ними внезапно заколебался, а потом из непонятно откуда возникшей пелены портала шагнула высокая фигура незнакомца в сером плаще. Холодный, равнодушный голос существа, неспособного испытывать обычные человеческие эмоции, уронил в пространство:
— Стоп.
И тотчас все застыло без движения. Рианна, отшатнувшаяся от удара и потерявшая в результате равновесие, замерла в совершенно невообразимой позе, Элай тоже не мог пошевелиться, и даже светляки Кукловода повисли в воздухе неподвижной серебристой стайкой.
А между тем незнакомец перевел взгляд на получившуюся скульптурную композицию и произнес:
— Рианна, воин, третий уровень, — он помедлил, словно всматриваясь во что-то, видимое лишь ему одному, а потом вынес свой вердикт:
— Вмешательство необходимо. Степень вмешательства определена. Пришло время огласить приговор.
«Судья! — пронеслось в голове у Элая. — Что ж, этого и следовало ожидать. Жаль только, что так поздно. Явись он раньше, после первых жертв — возможно, все пошло бы совсем не так».
И в этот момент он почувствовал, что наконец может двигаться, и опустил меч. То же произошло и с остальными. Рианна, отмерев, плюхнулась на собственный зад и так и осталась сидеть на камнях мостовой, а светляки, наоборот, бросились в атаку. «Это они зря, — подумалось Элу. — Судья не допустит, чтобы ему помешали вынести приговор».