Вечер шел своим чередом. Элай уже успел пообщаться с парой своих знакомых и выяснить, что оба они вместе со своими группами недавно прибыли в Кабомак из Саркелла, а значит, как минимум несколько последних случаев исчезновения, включая Бьянту и пропавшую группу следопыта, не имели к ним отношения. Таким образом, состоящих в этих группах магов можно было смело исключить из числа подозреваемых. Но увы — и помимо них фронт работ намечался самый обширный.
Со своего места Элай видел, как лавируют между столиками Тэм с Чиарой в направлении следующего претендента, как непринужденно рыжий маг завязывает беседу с очередным своим коллегой по классу, как внимательно наблюдает за ними скаут группы — и наконец едва заметно отрицательно качает головой. Тэм тут же сворачивает диалог и прощается, и парочка удаляется — с тем, чтобы вновь повторить все то же самое, но уже с другим магом в качестве главного действующего лица. Алварики не было видно, и Рон тоже где-то пропадал. Зато неожиданно для танка в таверне обнаружился Фьюри в обществе Рианны, знакомой Элаю еще по Ориоксу. Эл хотел было подойти пообщаться с ней, но потом вспомнил, что после трагической утраты своей группы выжившая приключенка так и не присоединилась ни какой команде и предпочитала путешествовать самостоятельно, а значит, вряд ли могла служить источником информации. К тому же лишний раз сталкиваться с Фьюри совершенно не хотелось, и в результате танк остался на своем месте.
Через некоторое время в таверне появилась Алварика. Окинула взглядом зал, быстро нашла Элая и вскоре плюхнулась на стул напротив него.
— Ну как все прошло? Удалось что-то выяснить? — тут же поинтересовался танк.
— Все то же самое, что и в Дубках, — коротко резюмировала Алва. — Два зафиксированных исчезновения — без каких-либо следов борьбы и без свидетелей. И еще двое тех, кто ушел сам, добровольно, и о ком они не сообщали в Ориокс.
— А что со следопытом и его группой?
— Были они здесь, примерно за декаду до нас. Провели пару дней в поселке, потом ушли.
— Если я ничего не путаю по датам, то это означает, что буквально через день-два они погибли? Может, нам стоит поискать место их гибели? Все же группа довольно большая была — семеро разумных. Вполне могли остаться какие-то следы.
— После той грозы, которая бушевала в Приграничье пять дней назад? Помнишь, наш лагерь тогда чуть не смыло под утро? Сомневаюсь я насчет следов… — задумчиво протянула лучница, а потом неожиданно перевела разговор на другую тему:
— Эл, а ты мне не расскажешь, что произошло в наш последний вечер в Ориоксе? Когда мы с тобой в Ратушу ходили, а потом я напилась как следует, помнишь? Что дальше-то было?
— А ты сама не помнишь?
— Не-а, — беззаботно ответила Алварика. — Пыталась вспомнить, но почему-то не получается. Вроде было что-то хорошее, но что именно?
— Гм-м, ну раз так… Тебе тогда захотелось выяснить опытным путем, кто из нас двоих сумеет больше выпить. И в результате мне пришлось нести тебя до нашей гостиницы, поскольку передвигаться самостоятельно ты была не в состоянии. Вот, собственно, и все.
— Как это — все? — и лучница с подозрением уставилась на танка. — Эл, а ты мне, случаем, не врешь?
«Да уж, кого точно можно использовать в качестве детектора лжи — так это нашу Алварику, — промелькнуло у него в голове. — Сразу почувствовала, что я не все рассказал, и никакая эмпатия ей не понадобилась. Или это потому, что мы с ней бо́льшую часть времени вместе проводим и она знает меня, как свои пять пальцев?»
— Я не знаю, насколько это важно для тебя, — наконец сказал Элай. — Но ты тогда предложила мне остаться с тобой на ночь.
— Я… что сделала??? — глаза у лучницы от изумления стали почти квадратными.
— Ты предложила мне…
— Да-да, я слышала, — отмахнулась она. — Неужели я и в самом деле такое сказала? Монстры меня задери, ну как я могла-то??? И где были мои мозги? Более дурацкой идеи мне в жизни в голову не приходило, хотя всяческих глупостей я успела натворить немало. Не-ет, и все-таки надо с алкоголем завязывать… — растерянно бормотала Алва себе под нос, а потом вдруг ойкнула, прижала ладонь ко рту и виновато взглянула на танка.
— Эл, ты не обиделся? Прости, я сейчас наговорила всякого… Забудь, не обращай внимания. Я вовсе не в том смысле, что ты мне не нравишься… то есть, я имела в виду, что ты мне очень дорог — как друг. А более близкие отношения нам с тобой ни к чему, поверь мне. Это лишь создаст дополнительные сложности. Согласен?