– Чего все мельтешат?
– Засохни и не мешай!
– Чего все затеяли?
– Я же сказал, заткнись.
– Чего все бегают?
– Ты что, правда не знаешь? – удивлённо спросил Сайлес.
– Чего не знаю?
– Сегодня утром… а, тебя же не было. Кстати, почему тебя не было? – спросил Сайлес.
– Где не было?
– Как ты меня достал. Короче, хозяин сказал, что сегодня ночью он отправит нескольких людей на кладбище, чтобы они выкопали там трупак. Ясно тебе? – спросил Сайлес.
– А чего все мельтешат-то? – спросил Радик.
– Готовят место для трупака, приводят в порядок украшения. Чего не понятного?
– Всё понятно.
Радик спустился на этаж ниже, но ничего не изменилось: здесь также происходил какой-то переполох. Но здесь ещё был и хозяин. Только он и был спокоен. Хотя, здесь люди тоже вели себя намного спокойней, чем на другом этаже. Но это всё потому, что хозяин особняка был здесь и наблюдал за происходящим. А так Радик видел, что все волнуются. Сейчас два человека вынесли из одной комнаты кровать (Радик решил, что, наверно, ожившему трупаку ведь надо будет где-то спать), а рядом с самим хозяином стоял другой человек, и под присмотром хозяина он приводил украшения в порядок.
– А кто пойдёт ночью откапывать труп? – спросил Радик у хозяина особняка.
– Пока не знаю. Ты хочешь? – спросил тот.
– Нет.
– Почему тебя не было на собрании? – поинтересовался хозяин.
– Я не услышал будильник.
– Ходить на собрание – одна из твоих обязанностей.
– Теперь меня лишат свободы? – спросил Радик.
– Нет, на первый раз прощаю.
Уже вечером он определил, кто пойдёт на кладбище. Вообще-то, хозяин хотел послать ещё и Сайлеса, но его нигде не могли найти, ведь ещё вечер, а не ночь, наверно, его сейчас вообще не было дома.
На кладбище пошли Виктор и ещё два незнакомых Радику человека. Вот только почему именно ночью? Он это спросил у Залси, потому что они вдвоём остались ждать их возвращения, поглядывая иногда в окно.
– Не знаю. Может, время тоже важно? Я не разбираюсь в колдовстве, – сказала Залси.
– Но у тебя же бабушка разбирается.
– У меня нет никакого таланта к колдовству. Поэтому она считает, что и знать его тонкости мне тоже ни к чему, – отозвалась Залси. – Ты избавился от куклы?
– Да, сжёг её.
– Смотри. Они приехали, – вдруг сказала Залси, увидев машину.
Оживлять мертвеца надо было на улице. В этот день было разрешено выходить ночью всем, но только чтобы совершить обряд. Все 37 человек вышли во двор особняка и разожгли костёр. Некоторые столпились у машины, желая взглянуть на труп.
– Так, отойдите! – сказал Виктор. – Чего пройти не даёте! А костёр-то зачем?
– Как будут оживлять мертвеца? – спросил его Радик.
– Для этого надо десять человек.
Десять человек набралось быстро: многие хотели поскорее закончить с этим. Но многие и не верили, что труп удастся оживить, вместо этого они желали поскорее взяться за выпивку, которую специально купили для этой ночи.
Залси и Радик расположились на ступенях у входа в особняк и стали наблюдать за всеми.
Хотя, нет.
Здесь было только 35 человек. Радик не смог отыскать в толпе Сайлеса, а Залси пожаловалась, что не видит свою подругу Ису.
– Вон мой отец, – Радик показал на него.
Залси тоже увидела его.
– Никогда бы не подумала, что это он. Вы так не похожи, – сказала Залси. – И он постоянно пьёт.
– Смотри, они уже начинают, – сказал Радик.
Десять человек вынесли мертвеца на середину двора и привязали к дереву, мало ли, что там у трупа в голове. Теперь Радик и Залси смогли его рассмотреть: это была совсем молодая девушка, которую нарядили в простецкое красное платье. Виктор каждому человеку из группы добровольцев сказал, что надо делать. Нужно было всего лишь прочесть какие-то слова на листочках.
– Разве ваш хозяин не выйдет сюда? – спросил Радик.
– Не знаю. Он поручил это делать нам, потому что считает, что хорошо это получится только у людей. Может, из-за этого он решил совсем не выходить.
На труп уже надели все те украшения, что нашёл Радик. Потом люди начали читать какие-то непонятные слова. Сначала некоторым это всё казалось комичным и им хотелось смеяться, но им резко перехотелось, когда мертвец неожиданно шевельнулся. Когда все слова были дочитаны, мертвец вдруг открыл глаза. Они были серого цвета.
– Ну, это точно надо отметить, – заявил отец Радика, и все согласились с ним. Скоро, даже чересчур быстро, все уже были пьяны.