— Ежели увижу, — утоплюсь в бассейне. Перед всем честным народом обещаю. — И Буляшки бросил шапку наземь для вескости слова. В грязь прямо. — Ну, а ежели не увижу, то, другарю председатель, не посетуй: придется тебе возвернуться на научную работу, географии подучиться, с течением вод познакомиться!..
Хохотали мужики. Злая была шутка. И не Сашо Буляшки, недавний батрак, был ее автором. А кто-то из обиженных народной властью подстрекнул его на это. Председателя, однако, не смутил грубый выпад. Знал он, что это не первое и не последнее обидное слово, которое еще придется услышать, что не розами устлана дорога к социализму, что только делами можно убедить людей в своей правоте и примером зажечь их сердца.
…Замысел Вырбана Христова, вставшего у кооперативного кормила, был широким и крылатым. Не в одной голове председателя созревал он, хотя на его плечи ложилась главная ответственность за исполнение. Состоял этот замысел в том, чтобы за пять лет перестроить всю издревле сложившуюся в здешнем крае экономику сельскохозяйственного производства, используя огромные возможности крупного коллективного хозяйства, двинуть кооператив вперед таким рывком, на который бы раньше потребовались долгие годы.
Думал Христов вместе с Димитром Волковым. За плечами профессора был большой багаж знаний и опыта. Старый коммунист Волков жил 18 лет в Советском Союзе. Он окончил Тимирязевскую академию, защитил ученую степень кандидата сельскохозяйственных наук, работал директором одного из подмосковных совхозов.
Председатель и профессор решили по примеру передовых советских колхозов составить пятилетний план развития кооператива. Тогда в Болгарии производственные земледельческие хозяйства еще не имели перспективных планов на длительные сроки. Кооперативная пятилетка должна была совпасть с государственной, начинающейся в 1953 году, с тем чтобы главная ее идея соответствовала общему направлению социалистического переустройства сельского хозяйства страны. В разработке плана принимали участие ученые столицы, околийский и окружной комитеты партии, а также несколько сот кооператоров, состоявших в различных подготовительные комиссиях.
Угловые камни плана закладывали Христов и Волков. Златията — западная часть Дунайской равнины, в которой расположены земли села, рассуждали они, всегда была крупным производителем и поставщиком зерна. Половину пашни занимала тут пшеница и одну треть — кукуруза. Крестьяне из-за отсутствия пастбищ держали продуктивного скота столько, чтобы удовлетворять лишь свои самые необходимые потребности в мясе, молоке и шерсти. В двух дворах из каждых трех корова не только кормила семью, но и ходила в упряжке. Словом, Лехчево являло собою типичную картину одностороннего, экстенсивного ведения сельского хозяйства. Между тем здешние почвы и климат благоприятствовали развитию таких прибыльных отраслей, как садоводство, виноградарство, овощеводство, созданию богатой кормовой базы для животноводства мясо-молочного направления.
Златията, согласно государственному плану, остается и теперь житницей. Лехчево должно сохранить прежние валовые сборы и товарную продукцию зерна, даже несколько увеличить их. Кооперативная пятилетка предусматривала рост урожайности пшеницы и кукурузы за счет внедрения механизации и передовых агротехнических приемов в полтора раза. Зерновая проблема разрешалась на сокращенных площадях. Высвобожденные земли можно было использовать под виноградную лозу, яблони, груши, сливы, абрикосы, под кормовой севооборот.
Центральным звеном в плане было создание оросительной системы. Без воды все перспективные расчеты оказались бы карточным домиком, построенным на песке. Златията относится к районам с нормальным увлажнением. Однако она часто подвергается губительным потокам суховеев. К тому ж дожди идут «не в пору». Бывают годы, когда в период вегетации растений по два-три месяца сряду не брызнет на землю ни одной капли. Летом и осенью 1958 года жестокая сушь длилась 175 дней.
Строительство требовало больших средств. Четыре насосных станции, десятки водораспределительных пультов, 50 километров каналов должно было обойтись не менее двух с половиной миллионов левов. Да это ведь была только часть необходимых затрат! Построить тридцать с лишком капитальных производственных помещений, установить сорок электромоторов, приобрести посадочный материал и разбить плантации многолетних культур — все упиралось в «денежную сторону».
Само собою разумеется, что ни правление кооператива, ни партийная организация не допускали мысли об увеличении капиталовложений в общественное хозяйство за счет крестьянского кармана. По пятилетнему плану, трудодень в Лехчево должен при любых условиях опережать другие села округа как в денежной стоимости, так и в натуральном выражении.