Вырбан Христов слушал речь секретаря Центрального комитета партии Болгарии с неизменной печатью спокойствия. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Только в чистых, как родники, глазах можно было заметить, как светятся, разгораясь, теплые искорки. Сидящие в тесном кругу люди реагировали на слова одобрения, высказанные товарищем Тодором Живковым, всяк по-своему: кто довольной улыбкой, кто сдержанным восклицанием. Но в душе у всех пылал костер счастья, зажженного гордостью за долю своего труда, которая, как ручей, влилась в общенародную реку, и река эта чем дальше, тем полноводней…
— Вы разумно использовали свои трудовые резервы и собственные средства для развития многоотраслевого хозяйства, для создания постоянных насаждений: виноградников и садов, строительства оросительной системы, для расширения и укрепления общественной материально-производственной базы, — продолжал товарищ Тодор Живков. — Вопреки неверию и сопротивлению отдельных людей при осуществлении этих мероприятий победа одержана, и ныне кооператив и кооператоры пожинают богатые плоды своего упорного труда. В этом отношении, я думаю, у вас могут поучиться многие хозяйства. Ваш пример поучителен!
Затем, анализируя цифры плана и рассматривая еще не использованные резервы развития хозяйства, первый секретарь Центрального комитета сделал вывод, что Лехчевскому кооперативу вполне по силам одолеть пятилетку за три года. Его аргументированные доводы и расчеты убеждали крестьян в этом. И спустя несколько недель, выверив и уточнив каждую статью плана, они приняли обязательство достичь показателей, определенных на 1962 год, — в 1960 году, получить за три года валовой объем продукции, предусмотренный на пятилетку!
— Наш разговор, — сказал в конце беседы товарищ Тодор Живков, — я бы хотел закончить пожеланием, которое мы часто напоминаем и которое впредь будем напоминать, а именно: не успокаиваться на достигнутом, видеть перспективу и шагать быстрее и шире вперед!
Цифры пятилетки облекались в плоть. Существовавшие полгода назад в виде пунктирных линий на кальке, уже наполнились водою новые оросительные каналы. Они взобрались по крутым холмам напротив Карванца. Минувшим летом кооператив поливал шестую часть земельной площади, будущим — оросит одну треть.
Растут цифры, быстро растут, как те тополи по обочинам сельских шоссейных дорог! Видано ли было, чтобы в лехчевских отарах паслось больше четырех с половиною тысяч овец, только на откорме стояло пять тысяч свиней, на птицефермах водилось девять тысяч кур и 50 тысяч цыплят?! Слыхано ли было, чтобы сто капитальных просторных животноводческих помещений, которые грешно называть старыми словами «хлев», «конюшня», «кошара», «свинарник», едва умещали неисчислимые кооперативные стада?! Есть в годовом финансовом отчете одна всеобъемлющая цифра, заключающая в себе стоимость произведенной трудом кооператоров продукции, — общий денежный доход. Она восьмизначна: 18 336 000 левов!
Кооперативная казна села Лехчево не знает кредитов, а крестьянин позабыл, что такое нужда, недостаток или долг. Водятся теперь у людей даже свободные деньги… Собравшись обществом, они построили на свои средства Народное читалище, стадион, закладывают фундамент новой школы. Народное читалище — истинный дворец культуры: с салоном на 500 мест, киноустановкою, сценой, библиотекой, читальней и десятком комнат для занятия кружков художественной самодеятельности. Стадион такой, что не во всяком окружном центре имеется: футбольное поле, устланные гравием и песком беговые дорожки, трибуны на пятнадцать тысяч мест, волейбольная и баскетбольная площадки, плавательный бассейн, зимний спортивный зал… В миллион левов обошелся. Не дешево! Зато молодежь довольна. Сельские юноши и девушки сплошь физкультурники. Остальное население — от столетнего дедушки Христо до его правнуков — страстные любители спортивных зрелищ и, как водится, далеко не всегда объективные: за своих болеют!
…Под вечер, после двух дней, проведенных в Лехчево, я собирался прощаться с хозяевами, как вдруг к правлению кооператива подкатила легковая машина. Приехал секретарь окружного комитета партии Спас Илиев. На огонек в председательский кабинет завернуло десятка три душ. Секретарь в селе — человек свойский. Чуть ли не каждого по имени знает Вырбан Христов, как положено, кратко информировал партийное руководство о ходе текущих работ.