Из ущелья Стара-реки дорога вырывается на вольный простор последней Родопской террасы. Внизу — зеленое море Фракии — долины солнца и лучистого виноградного янтаря.
Точно белый корабль, стоит, причалив к самой стене Родоп, здание третьей гидроэлектростанции каскада, носящей имя замечательного болгарского писателя Алеко Константинова.
Вода отдает турбинам всю свою энергию падения с высоты двух километров и отсюда тихо течет по магистральному каналу, который дальше растекается на тысячи ветвей-оросителей.
Ангел Петырчев, словно декламируя белые стихи, произносит:
— Шестьсот пять миллионов киловатт-часов в год, или в два раза больше общего производства электроэнергии в старой Болгарии! Триста пятьдесят тысяч декаров орошаемых площадей, или почти столько, сколько было всей поливной земли в стране до победы народной власти!
Такова мощность и животворная сила родопских родников, ручьев и речек, связанных трудовыми руками народа в гидроэнергетический узел.
…Не так ли и партия собрала по каплям волю, таланты, дерзания людей и направила их по новому руслу на большие дела, на славные свершения!
1959 г.
Крепкие корни
Родопы спускаются в долину крутою стеной. И речка Выча, зачинающаяся на их вершине, срывается к подножию пенным водопадом. Долгие километры кипят, как в раскаленном котле, ее студеные воды. Мечется речка, выбивается из русла, что норовистый конь, потерявший вожжи, заливает луга!..
Эгейский ветер и балканское солнце подтопили родопские снега. Над долиною стелется голубое весеннее марево. По кюветам высыпала зелеными иголками трава-мурава. Посветлели яблоневые кроны — кажется, вот-вот начнут лопаться почки. Рано садам распускаться: будут еще морозы! Люди же спокойны. Они научились задерживать цветение плодовых деревьев, хотя стихийная сила природы их иногда и передюживает.
Невдалеке от речки, вырвавшейся за околицу села Кричим, у самой дороги, разместились парники. Участок, уставленный тысячами застекленных рам, словно батареей рефлекторов, представляется какой-то солнечной энергетической станцией.
На парниках — людей, как на сельском круге в праздничный день. Закладывают землю, навоз, перегной… Подоспевает время высаживать рассаду.
Работает, впрочем, только одна бригада. Проходят мимо крестьяне-пенсионеры, возвращаясь из соседнего села, где сегодня базар, и удивляются:
— Рановато бы, можно еще подождать недельку… И что за наваждение: самая отстающая бригада опередила других. Или глаза подводят? Вроде бы нет! Та, что у парника, — Месле́? Месле́! А рядом с нею молоденькая, со смоляными кудрями — Фатме́? Фатме́!..
Но вот среди кооператоров путники замечают крупную, сбитую фигуру крестьянки в белой косынке, и на их лицах загораются теплые улыбки. Они сворачивают с дороги, приближаются к работающим, приветствуют:
— Приятного труда, Ги́на! Богатого урожая, огородники!
…У болгар, как у каждого народа, живущего при социализме, труд определяет меру уважения человека к человеку. А Ги́на Далаберова — знатная работница, ее имя известно всей стране. Восемь лет она бригадирствует в своем кооперативе. И восемь лет выращивает высокие урожаи.
Три года назад на отчетном собрании кто-то из кооператоров без зла сказал:
— У Ги́ны земля — клад!
Далаберова, не став спорить, попросила правление выделить ее бригаде взамен старого участка новый, со слабыми почвами. Правление пошло навстречу. И бригада не только не снизила, а повысила урожаи.
Узнав о замечательном коммунистическом почине Валентины Гагановой, болгарская кооператорка задумала последовать ее примеру. Она приняла руководство самой отстающей бригадой и снова переместилась на участок со слабыми, давно не удобрявшимися почвами.
— Ко всякой земле нужно приложить руку, а к человеку — сердце, — говорит Далаберова. — Нет бесплодных почв и бесталанных людей. Коммунисты и пустыни превращают в сады!..
Год еще только начался. Урожай по осени считают. Но есть и другая болгарская пословица: утро день кажет. Отстававшая долгое время бригада первой принялась за работу и под номером первым утвердилась на доске показателей соревнования.
По-разному объясняют эту перемену. Говорят, бригадир авторитет имеет; строгость и дисциплину блюдет; а заведующая парником Месле́ Саидова имеет свое мнение:
— Ги́на слово знает, которое, как ключ, открывает каждое сердце. А самое главное — личный пример. Было у нас до нее два бригадира. Неплохие люди. Но ходили руки в боки. Дадут наряд — и вся их забота, если не считать разговоров, что плохо работаем. Ги́на другой закваски: от темна до темна с нами, сама норму за двоих выгоняет. Как тут от нее отстанешь?!. Нет, мы своего бригадира не подведем, не осрамимся!..