— Пить меньше надо, — как бы укоризненно провозгласил алкаш, воздев кверху грязный указательный палец.
— Меньше кого? — хмуро осведомился Егор, поднимаясь на ноги и стряхивая с зада и спины мелкий сор.
Алкаш наморщил лоб, призадумался и сказал:
— Ваще — меньше.
— Хороший девиз, — сказал Егор.
— Зема, — алкаш с надеждой заглянул Егору в глаза, — у тебя закурить не будет?
— Нет, — ответил Егор. — Не будет.
— Жалко тебе, что ли? — проныл алкаш.
— Не жалко. Не курю я.
— Че ты мне мозги компостируешь? Вчера же сам бээс смолил и друганов своих еще угощал. Так и скажи, что зажался, соседу сигаретки пожалел…
Услышав такое, Егор крайне изумился.
— Кто? Я?
— Головка ты от… — Алкаш хотел выразиться матерно, но передумал, все еще не оставляя надежд получить дармовую сигарету.
— Где же ты видел, чтобя я курил? — спросил Егор, чрезвычайно заинтересовавшись новостями о себе. (Себе ли?..)
— Где, где… — проворчал самоназванный сосед, опять с трудом удержавшись от матерщины. — На балконе на своем ты стоял и мне на башку пепел стряхивал.
— На котором балконе? — быстро спросил Егор.
— Ну ты ваще, видать, с башки съехал, — сказал алкаш, покачивая грязной головой. — Уж на что я поддаю, а и то еще из памяти не выжил. Вона твой балкон, на пятом этаже, где штаны синие висят.
Он указал рукой наверх.
Егор посмотрел в указанном направлении и, действительно, увидел на одном из балконов пятого этажа сохнущие на бельевой веревке застиранные голубые джинсы.
— Ага, — сказал Егор. — Понятно.
И направился к дверям подъезда.
— Э-э, зема, постой, — окликнул его алкаш. — Ты мне сигаретку дашь или как?
— Я же сказал тебе, что не курю, — не остановившись, бросил Егор.
Алкаш матерно выругался.
В подъезде было тихо, сумрачно и прохладно. Лестница была узкая, лестничные площадки — тесные.
Я же был здесь, — подумал Егор, узнавая окружающее, — в том странном полусне, после которого нарисовал карту.
Он поднялся на пятый этаж и остановился на лестничной площадке. На площадку выходили двери трех квартир: тринадцатая, слева, была обита черной клеенкой, в центре двери четырнадцатой квартиры был врезан маленький мутный глазок, дверь квартиры номер пятнадцать была лишена особых примет. Егор припомнил расположение балкона, указанного алкашом, сориентрировался, подошел к двери пятнадцатой квартиры и нажал кнопку звонка.
Звонок вяло блюмкнул, за дверью прошлепали босые ноги, щелкнул замок, дверь распахнулась, и два неотличимо похожих человека воззрились друг на друга, разделенные дверным проемом, словно лишенной зеркала рамой.
— Брат? — несколько неуверенно спросил хозяин.
— Брат, — сказал гость.
16
— Рискованный ход, — деликатно заметил Сай Нагаясу, после того, как Ольгерт Владимирович Вершинин выложил на доске один белый камень далеко в стороне от других своих камней.
— Посмотрим, — сказал Вершини, сохраняя невозмутимое выражение лица.
Сай Нагаясу задумался, катая в ладони черный камень.
Они играли в го.
Часть вторая
Shift и меч
1
F
Мерлин отсалютовал мечом и сделал маленький шажок вперед. Его противник сломя голову рванулся в атаку, взмахнув устрашающих размеров мечом, срисованным, видимо, с шотландской клейморы.
P
Мерлин без особого труда парировал удар противника, нанесенный со всего плеча, но не ударил в ответ, хотя и мог. Он пока выжидал, присматривался.
Противником оказался не принц и даже не рыцарь — это был какой-то безымянный новичок, похоже, только-только пробившийся в третий круг.
Не на того напал, парень!
А противник снова бросился в нападение, повторяя рубящий удар, — на этот раз слева.
P
Мерлин с такой же легкостью парировал и второй удар торопливого новичка и снова воздержался от контратаки. По правде сказать, он немного рисовался.
Его противник приостановился — видимо, задумался.
Да, давно пора. А еще лучше, если бы ты, дружок, как следует подумал прежде, чем нападать на принца.
Задумчивость противника прошла быстро — за пару-тройку секунд. Наверное, он решил: была — не была.
Что же, пеняй на себя…
И снова рубящий удар справа. Боже, как скучно.
P
Мерлин защитился тем же приемом и, наконец, нанес ответный удар.