Странный был визит. Зачем Егор приходил — непонятно. Вообще, он был как будто слегка не в себе… Не в этом ли причина беспокойства? Да, наверное, в этом. Похоже, вот оно — та самя заноза, что не давала покоя с самого утра. Егор Трубников. Что-то с ним не так. Что-то случилось с Егором. Надо ему позвонить…
Воронин дождался, когда принтер перестанет трещать, дотянулся до телефона, быстро набрал номер Егора и начал считать гудки: один, второй, третий… После седьмого гудка Воронин почти уверовал в то, что с Егором случилось нечто нехорошее, но уговаривал себя, успокаивал: Ну, не берут телефон. Мало ли что? Может, и дома-то никого нету.
Трубку сняли на десятом гудке.
— Алло.
— Егор, ты? — обрадовался Воронин.
— А, капитан. Ты кому, вообще, звонишь?
— Тебе.
— Тогда чего спрашиваешь?
Шпильку Егора Воронин пропустил мимо ушей, его сейчас волновало не это.
— Ты зачем ко мне утром приходил? — спросил он. — Какие-то проблемы?
— Я к тебе приходил? — искренне удивился Егор. Затем возникла пауза — похоже, микрофон прикрыли ладонью.
— Алло, Егор, слышишь меня? — повысил голос Воронин.
— Да слышу, слышу, — ворчливо отозвался Егор. — Понимаешь, утром к тебе заходил не я, а мой двойник из параллельного мира. Он слегка заплутал по пути…
— Шутки шутишь? — Воронин слегка обиделся: беспокоишься о человеке, нервы себе мотаешь, а он…
На другом конце провода Егор что-то коротко сказал мимо телефона. Воронин не разобрал ни слова.
— Что? — спросил он. — Егор, ты не один, что ли? С кем ты там разговариваешь?
— Тихо сам с собою я веду беседу, — фальшиво пропел Егор и, не удержавшись, фыркнул.
— Шутки шутишь? — сердито повторил Воронин. — Ну, шути, шути.
И повесил трубку.
5
Милиционеров Ленька не любил. На то у него была причина, вернее сказать, две причины — два сломанных ребра. Егора бы Ленька милиционерам не выдал, даже если бы знал, где тот находится.
Кстати, куда же он запропастился на самом деле? В детском саду Егор не появляется уже второй день подряд. Дома его нет. Друзья его ищут. Что еще? Женщины. Шерше там, где ля фам.
Впрочем, Ленька знал, что несмотря на все гуляющие по общаге невероятные легенды о егоровом волокитстве, в действительности Егор особым распутством не отличался и гёрлфрендз, как перчатки (или как кондомы), не менял. Может, так было раньше, но не теперь.
А значит, нужно поговорить с Леной. Кажется, у нее с Егором что-то есть…
Лену Ленька перехватил в дверях ее комнаты в общежитии, девушка собиралась куда-то уходить. Не на свидание ли с Егором?
— Ты куда? — спросил Ленька.
— Гулять, — ответила Лена. — Я же город почти и не видела.
— Город, пфы, — пренебрежительно фыркнул Ленька. — Насмотришься еще — надоест.
— Вряд ли, — сказала Лена. — Завтра я возвращаюсь домой.
— Домой? — опешил Ленька. — А как же твоя учеба в музыкальном училище?
— Не будет никакой учебы, — покачала головой Лена. — Не будет никакого училища. Вообще, ничего не будет — по крайней мере, здесь.
— Эй, а что случилось-то? — спросил Ленька сочувственно, он видел, что Лена очень расстроена. — Ты что, не прошла по конкурсу?
— Тебя это не касается! — ответила Лена резко. — Зачем пришел?
— Спросить хотел кое-что, — сказал Ленька. — Ты когда Егора видела в последний раз?
— Вчера утром. А что?
— Да запропастился он куда-то. Дома его нет, нигде его нет. Милицейские друзья его обыскались, даже квартиру вскрыли. Он, когда к тебе заходил, не упоминал случайно, что куда-то собрался?
— Нет, не упоминал. Мы с ним очень мало говорили, он почти сразу ушел.
— Где же он может быть? — Ленька не спашивал, скорее он просто подумал вслух. Но Лена ответила:
— Где угодно.
Риторический ответ на риторический вопрос. Ленька пристально посмотрел Лене в глаза, ему не понравилась интонация, с которой она произнесла последние слова.
— Ты говоришь так, будто тебе на него наплевать, — сказал он с упреком.
— Может, так оно и есть. — Лена отвернулась, пряча взгляд. — Но это не твое дело.
— То меня не касается, это не мое дело, — зло сказал Ленька. — Знаешь, ты просто сучка. Зря я тогда сказал тебе адрес Егора…