Вот же гад, даже не потрудился хоть что-то написать!
“Да ему просто плевать на тебя”, – твердит внутренний голос. И я почти согласна с ним, только вот предательское сердце ещё что-то пытается отрицать. А вдруг Лев специально так себя ведёт, чтобы мне легче было расстаться с ним и впустить в нашу с Соней жизнь Матвея?
Ох… От этих мыслей голова идёт кругом. Лучше так не думать, не загоняться.
Мне просто нужно как-то пережить эти дни, пока Лев будет на реабилитации. Потом, когда он вернётся, мы вернёмся к непростому разговору, но это будет потом. А сейчас я должна жить мгновением, здесь и сейчас. Должна сохранить спокойствие и подготовить Соню к тому, что Лев ей неродной папа. А настоящий папа – другой человек, которого я потеряла из-за превратности судьбы.
Глава 10
Через несколько недель
Вчера Лев вернулся в город и позвонил мне. Услышав его голос, я задрожала. По наивности ждала, что он скажет, что дурак, что был неправ и в таком духе. Но Стельмах молчал. Предложил встретиться в ресторане и обо всём поговорить. Встречу назначил через несколько дней, в субботу.
В ожидании встречи я места себе не нахожу. Почему именно в ресторан? Возможно, он поэтому промолчал по телефону, хотел обо всём сказать, глядя глаза в глаза?
Ох, Ася, не обманывайся. Хотел бы сказать это, сказал бы раньше. У него было для этого двадцать четыре дня. А в ресторан позвал – ну, а куда ему было тебя звать? Не в парке же встречаться? Всё-таки не чужие друг другу люди, восемь лет прожили под одной крышей.
К встрече со Львом я готовлюсь с особой тщательностью. Даже платье купила к случаю, выбрала самое провокационное, что было в бутике – в обтяжку с разрезом почти до середины бедра, ярко-красного цвета.
Если в ресторане Лев скажет, что хочет развестись, я хоть в этот момент буду выглядеть как королева. Во мне он не увидит великомученицу. Женился на мне из-за долга другу. Ха! Какая чушь не просветная. Сексом он со мной занимался, наверное, по этой же причине.
Дурак ты, Стельмах, хоть и мужик успешный. Но настоящий тупица, таких ещё поискать нужно.
***
В день “искс” я отвожу Соню своей маме, которая ещё пока ничего не знает. Для неё и папы у меня всё прекрасно. Муж был на реабилитации после ДТП, а сейчас вернулся и позвал в ресторан на романтический ужин. Возможно, мама о чём-то догадывается, но молчит. Так даже лучше, что без лишних разговоров. Мне нужен боевой настрой, чтоб не ударить в грязь лицом.
В ресторан приезжаю раньше, чем назначена встреча. Делаю заказ официанту. С нетерпением жду встречи. Мысленно отсчитываю минуты.
Хочу увидеть появление Стельмаха. Он только войдёт в зал и я всё по взгляду его пойму без лишних слов.
Столик на двоих у окна. Приглушённая музыка звучит фоном. Медленными глотками я пью холодный, игристый напиток, наслаждаясь богатым, фруктовым вкусом с акцентом земляники.
Взгляд прищуренных глаз блуждает по залу. Ничего особенного. Меня уже давно мало что цепляет. Просто нужно хоть как-то отвлечься от нервного напряжения, которое меня оплетает в свои сети, как хищный паук.
Улыбка трогает губ. Вот же он. Идёт навстречу.
Заметил меня, ещё бы не заметил – ярко-красное платье, помада кроваво-алая. Локоны волнами лежат на плечах. Глаза накрашены чёрной тушью, на веках стрелки. Просто и дерзко одновременно. Всё, как он любит, точнее, любил когда-то. Хотя в этом я теперь тоже сомневаюсь, потому что наша история о любви, которой не было.
Не хочу реагировать на его появление остро, но не получается. Волоски на коже встают дыбом. Сердце срывается на галоп. Невообразимо душно, а он ещё даже не подошёл.
Лев Стельмах. Тридцать пять лет. Прокурор Приморского района и по совместительству мой муж… пока что ещё законный.
Идёт прямо на меня. Серьёзный такой в своём костюме и белоснежной рубашке с расстёгнутыми двумя пуговицами на воротнике.
Залёгшая между бровей вертикальная складка. Кривоватый изгиб губ.
Зарос щетиной. Такой колючий. Кончики пальцев покалывает, потому что клеточная память проецирует прикосновение к его бороде. Невообразимо одинокой чувствую себя в этот момент – так остро, что хочется напиться в хлам и забыться.
Размашистым шагом минует зал ресторана, останавливается возле столика. Ухмылка расползается на его поджатых губах. Надменность читается в карих глазах. Вызов мне бросает? Да уже как-то пофиг. Итог очевиден, мы к нему шли достаточно долго. Каждый из нас постарался, разнёс до фундамента крепость, которая звалась "семейной жизнью".