- А как вы тут раньше выживали зимой? – поинтересовалась я.
- Не напоминай, - откликнулся Ариэль. – Как вспомню, так вздрогну.
- Не слушай его, - отмахнулся Амариэль. – Нормально жили. У нас тут неподалеку землянка была и еще несколько неплохих шалашей. Если снегом получше завалить, то ничего, тепло.
- Тепло – это на печи, - возразил Ариэль. – А я дважды чуть пальцы на ногах не отморозил. Знаешь, как они болят после лежки в снегу, когда наконец-то отогреваешься? Боль адская.
«Да что вы знаете о боли, мужики», - подумала я, но тут же погнала от себя эту мысль.
- А сегодня мы тоже в шалаше ночевать будем? – я поежилась, представив себе постель в сугробе.
- Боюсь, землянку в мерзлой земле вырыть не получится, - извиняющимся тоном ответил мне Амариэль. – Да ты не беспокойся, там нормально, вот увидишь.
Ладно. Я же хотела разнообразия. Вот и будет мне новый опыт.
Опыт оказался и впрямь не таким ужасным, как представлялся вначале. Амариэль, лихо орудуя походным топориком, соорудил большой шалаш из жердей. Ариэль превратил его в шатер, завалив густыми хвойными лапами. А когда они в четыре руки закидали его по самую крышу снегом и завесили вход шкурой, внутри и правда стало весьма уютно: по крайней мере, ветер сюда не задувал, даже самый слабенький.
- А теперь костерок разведем, - Ариэль свалил в середине шатра кучу валежника и радостно потер руки.
- Костер? – ужаснулась я. – Тут же все вспыхнет! А если и не вспыхнет, мы задохнемся в дыму.
- Я отверстие наверху оставил, - беспечно пожал плечами Ариэль, принимаясь за костер. – Ты его не видишь, потому что уже стемнело. А шалаш не вспыхнет, если ты не надумаешь ему в этом помогать.
- Лошади привязаны, укутаны и накормлены, - сказал Амариэль, забираясь к нам. – Где мой ужин?
- Там, где ты его готовил, - возмутился Ариэль. – Я только-только хворост принес, имей совесть.
Ждать горяченького и правда пришлось долго. Вода в котелке ни в какую не желала закипать, а брошенная в нее гречка – развариваться. Зато, пока мы медитировали на костер, воздух прогрелся, и мне даже захотелось раздеться: по крайней мере, скинуть мохнатую шапку-ушанку и расстегнуть шубу.
Когда же дело наконец дошло до ужина, я и вовсе ощутила себя на вершине блаженства. Разварившаяся гречка и травяной чай грели внутренности, костерок – ноги, а мысль о том, что из этого местного филиала рая не нужно выбираться до самого утра – душу.
- Ну вот, - Амариэль отставил плошку за меховой полог, чтобы потом обтереть ее снегом. – А теперь давай поговорим о твоей проблеме.
Я подавилась остатками гречи и закашлялась.
- Какой еще проблеме? – выдавила я сквозь слезы и поспешила залить першение чаем.
- Проблеме с мужчинами, - пояснил Ариэль.
- Мы не хотели развивать эту тему в Бахраме, - пояснил Амариэль. – Думали, ты боишься, что кто-нибудь может услышать, и поэтому не рассказываешь. Но сейчас мы в глухом лесу. Здесь нас разве только дикие звери услышат. Пришла пора поделиться своей тайной.
- Никакой тайны нет, - сказала я, предательски краснея. – Мне просто не нравится этот вид отношений, и все тут.
- Ложь, - сказал Амариэль. – Мы за тобой давно наблюдаем и знаем, что нравится. Пойми: врать нам нет никакого смысла. Мы – это ты. Твои руки, твои слова и дела. Очень сложно, знаешь ли, действовать от твоего имени, если толком не понимаешь, как ты мыслишь. Мы к такому не привыкли.
- Я вам и не предлагаю действовать от моего имени, - возразила я. – Давно уже пора было осознать.
- Вот об этом я и говорю, - кивнул Амариэль. – Если б мы тебя лучше понимали, ты бы не была против нашей помощи. Понимая хозяина, мы действуем так, как действовал бы он сам.
- И мы неплохо изучили тебя за это время, - подтвердил Амариэль. – Вот сейчас я бы сказал, ты продолжаешь ворчать просто по привычке, верно?
Я промолчала. Мне и правда было хорошо и спокойно. Но согласиться с этими двумя означало дать им карт бланш.
- И единственное, чего мы до сих пор не поняли: что у тебя за пунктик насчет постели, - продолжил Амариэль. – Все нормальные молодые ххаши только и ждут, когда придет пора стать женщиной. Это как обряд посвящения во взрослую жизнь. Может, ты просто больна? Тогда мы найдем лекаря.