Почти сразу же после боя заговорили о том, что результат матча подтасован, имея в виду прежде всего мафиозные связи! Санни Листона. При ставках 7 к 1, зная результат заранее, можно заработать очень большие деньги. Однако самое тщательное расследование не дало на этот счет никаких результатов. Никаких феноменальных выигрышей ни на официальном, ни на подпольном тотализаторе, о котором полиция знала практически все, зарегистрировано не было.
Затрачено немало журналистских усилий на доказательство; что травма Листона была надуманной. Между тем травму Листон, скорее всего, действительно получил, так как трудно не потянуть мышцу или сухожилие, все время промахиваясь мимо цели длинным левым хуком, выброшенным со всей силой, —: здесь Клей был совершенно прав. Вопреки разлетевшимся по всему миру газетным уткам, никакой врач никогда не опровергал то, что Санни получил во время боя травму левого плеча. Правда, на поверку эта травма оказалась не вывихом, а сильным растяжением плеча и бицепса с разрывом нескольких мышечных волокон в последнем. Другой вопрос: капитулировал Листон из-за травмы или по какой-то иной причине?
На этот счет существуют два мнения. Первое — от подобной травмы боксер действительно может на короткое время потерять способность не то что бить этой рукой, а вообще держать ее на весу, и Листон, оказавшись в такой ситуации, счел за благо сдаться. Другое мнение — травма носила исключительно или почти исключительно дипломатический характер. Листон с сентября 1960 года не проводил на ринге больше шести раундов. Люди из его команды говорили, что в этой встрече он готовился максимум к трем. Силы его явно таяли, что стало совершенно очевидно еще в пятом раунде, когда он не смог догнать наполовину ослепшего Клея, а в шестом дело запахло концом. Джо Луис уже после боя несколько раз на разные лады повторил фразу, которой закончил репортаж о самой встрече: «Клей вел дело к победе». Напомню, это говорил большой друг Санни Листона, не питавший к Кассиусу Клею никаких дружеских чувств. В таких обстоятельствах Листон вполне мог решить, что лучше закончить бой сидя на стуле, чем лежа на полу.
Что до разговоров, что Листон придерживал удары и вообще подозрительно щадил Клея, так это вообще полный бред. Множество раз, как уже говорилось, удары Листона, и прежде всего его знаменитый левый хук, пролетали в считанных сантиметрах, а то и миллиметрах от головы Клея и даже приходились вскользь. Любой боксер скажет, что преднамеренно так филигранно, тем более столько раз, промахнуться невозможно — слишком велик риск попасть в точку.
Что касается малопонятного эпизода в пятом раунде, когда Клей почти ничего не видел, то, согласно официальной версии, ему без всякого злого умысла с чьей бы то ни было стороны в глаза попала едкая вяжущая мазь, которую между раундами втирали в покореженное лицо Листона. Однако в этой истории есть свои странности. Во-первых, Эдди Мэкен и Кливленд Уильяме, дравшиеся с Листоном, и отнюдь не безуспешно, особенно Мэкен, продержавший против него все 12 раундов в 1960 году, после боев с ним говорили, что у них тоже творилось что-то непонятное с глазами, когда они дрались с Санни. Во-вторых, близкий друг Листона Джек Маккинни утверждает, что Джо Поллино, один из тренеров Санни, сознавался ему, что перед четвертым раундом боя с Клеем, когда дело запахло керосином, Листон сам попросил его втереть ему в перчатки едкую вяжущую мазь, что Поллино и сделал. Впрочем, официально эта версия вроде бы никогда не была подтверждена, и уже не будет, так как самого Листона давно нет в живых.
Кстати, в нашей околоспортивной прессе получила хождение совсем уж абсурдная версия, согласно которой Листон выиграл как минимум пять раундов из шести, а Клей вообще ничего, кроме ругани, его атакам противопоставить не мог, и после этого Санни вдруг сдался. Ее авторам стоило бы посмотреть этот бой, прежде чем о нем писать, а уж если лень тратить время, то хотя бы взглянуть на фотографии Клея и Листона после боя. На лице Кассиуса действительно, как он и говорил, нет практически никаких следов, а вот лицо Санни, все в рассечениях, кровоподтеках и шишках, представляет собой настоящее поле битвы. Видно, у Клея была какая-то одному ему ведомая манера выигрывать.
Однако если оставить в стороне подобные курьезные заявления, все же надо сказать, что тогда, в 1964 году, многие люди, в том числе и близкие к боксу, оказались просто не готовы к тому, что непобедимого, как они полагали, Листона одолеет боксер, главным достоинством (или недостатком) которого они считали большой болтливый рот. Но вскоре время всех расставило на свои места — и Клея, и Листона.
Кассиус Али, Мохаммед Клей
Буквально на следующий день после своей победы Кассиус Клей заявил, что он уже некоторое время назад принял ислам, вступив в секту «Черные мусульмане», о которых когда-то в школе хотел написать сочинение, и теперь его зовут Мохаммед Али. Кто-то тут же вспомнил загадочную фразу о взаимоотношениях с Богом, оброненную им после боя с Листоном, но в целом это сообщение поначалу не вызвало большого ажиотажа. Просто клоун выкинул очередной номер, чтобы привлечь к себе внимание.
Отношение к Клею-Али после этого стало только хуже. К неграм-чемпионам в тяжелом весе в Америке уже давно привыкли, но к тому, чтобы они занимали радикальные позиции по расовым вопросам, — еще нет. Надо учитывать, что все это происходило на фоне бурного развития двух встречных движений в общественно-политической жизни Америки тех лет. С одной стороны, негры, в том числе и в южных штатах, цитадели расизма, стали поднимать головы и все громче заявляли о своих правах. С другой стороны, в тех же южных ипатах как на дрожжах росла активность ку-клукс-клана, а на севере, в том числе и в Вашингтоне, руководящие посты занимали люди, придерживавшиеся не то чтобы враждебных, а, скажем так, традиционных для того времени взглядов по отношению к неграм.
Объявить себя черным мусульманином в такой ситуации было вызовом, и не слишком многочисленное, но очень активное меньшинство белого сообщества именно так это и восприняло и в одночасье возненавидело свежеиспеченного Мохаммеда Али, которого, когда он был Кассиусом Клеем, едва замечало.
Надо сказать, что поначалу почти никто не воспринял всерьез новое имя Клея, и в прессе его, как правило, величали по старинке. Его это бесило, но в большинстве случаев здесь не крылось никакого злого умысла. Просто переименование себя в соответствии с принятием ислама еще не стало тогда привычным во все еще довольно патриархальной и провинциальной Америке середины 60-х. Гораздо больше имени Кассиуса-Мо-хаммеда всех интересовало, когда же наконец состоится матч-реванш и Санни Листон, по непонятной для большинства причине капитулировавший в первом бою, задаст этому выскочке, как бы он там себя ни называл, хорошую трепку.
Между тем повторный бой с Листоном все откладывался. Изначально он был назначен на 16 ноября 1964 года, но Али неожиданно пришлось делать срочную операцию по удалению грыжи. После того как он полностью оправился, выяснилось, что далеко не везде его и Листона хотят видеть. Например, в Бостоне им отказали наотрез. К тому времени лидер «Черных мусульман» Малколм Икс был убит, и в их среде произошел раскол. Али чем-то не угодил главе одного из крыльев своей организации, и ему пригрозили убийством во время боя с Листоном. Желающих принимать у себя такого опасного гостя от этого не прибавилось. Однако, в конце концов, все проблемы удалось решить, и бой назначили на 25 мая 1965 года. Пройти он должен был в городе Льюистон, штат Мэн. Ввиду особых обстоятельств количество полицейских в зале увеличили с обычных 72 до 200. Надо думать, что в зале в тот день сидело еще немало полицейских в штатском.
Наверное, в истории не было боксерского поединка, на каждую секунду которого пришлось бы столько исписанных страниц текста и сказанных в электронных СМИ слов. Его без устали обсуждают уже почти сорок лет и все никак не придут к единому мнению относительно того, что же там произошло.
Так что же там произошло?
Бой начался немного неожиданно. Едва боксеры сошлись в центре ринга, как Али, описав полкруга по часовой стрелке вокруг Листона, неожиданно нанес правый кросс. Удар был достаточно сильный и явно застал Санни врасплох. Видимо, он, как и все в зале, ожидал, что бывший Кассиус Клей начнет бой с сугубо оборонительных действий, как в прошлый раз.