но, действительно пару раз поколотил Робин, но, судя по всему, не слишком сильно. Иначе просто не понятно, как она осталась живой, да еще целой и невредимой.
В результате Робин Гивенс и ее мама получили все деньги, на которые рассчитывали, а симпатии публики достались Майку. Он подтвердил простую истину, что силы без слабости не бывает, и показал, что стоит ближе к человеку, чем к вышеупомянутому тиранозавру, на которого так похож внешне. Но внешность, как известно, обманчива.
Тайсон и Король
Внешность другого человека не обманывала никого, зато сам он обманывал всех. Это был, конечно, Дон Кинг, о котором сейчас самое время рассказать чуть подробнее.
Будущий приватизатор мирового бокса родился в Кливленде, штат Огайо, в 1932 году. В 50-е занялся полулегальным игорным бизнесом. Впрочем, чем он занимался тогда, точно, наверно, не знает уже и сам Дон. Вся его деятельность того времени обросла таким количеством легенд, в том числе и с подачи самого Кинга, что стало невозможно отличить правду от вымысла. Говорили о каких-то подпольных, то есть не обкладывавшихся налогом, лотереях и о чем-то еще в этом роде. Есть и неподтвержденный слух, согласно которому в конце 50-х годов Дон принял участие в одной перестрелке и якобы убил своего противника. Последние лет 30 Кинг предпочитает неубедительно опровергать эту историю, то есть опровергать так, чтобы у всех остались сомнения. В делах репутация убийцы ему никогда не мешала.
Однако на его счету есть и подлинное убийство, которое он совершил в 1966 году. Тогда некто Сэм Гэрретт, на свою беду, задолжал ему деньги. Когда все сроки истекли, высокий и сильный Кинг набросился на хилого Гэрретга, который, судя по всему, был наркоманом, и принялся избивать его. Он бил своего беззащитного противника как маньяк. Когда приехала полиция, Дон уже добивал Сэма. Согласно легенде, последними словами Гэрретга были: «Я отдам тебе все, что должен, Дон». Впрочем, скорее всего, это уже фольклор, что-то вроде наших блатных песен. Так или иначе, но Гэрретт ничего ему не отдал и умер на месте, а Дону пришлось отправиться в тюрьму. Срок он получил на удивление маленький, и опять потом много говорили о подкупе судьи, но ничего доказать так и не смогли. Уже в 1971 году Дон оказался на свободе. А через два года стал миллионером. Возможно, правда, что он уже был им и до посадки в тюрьму, просто теперь он сменил основной вид деятельности и оказался на виду у публики.
Промоутерским бизнесом Кинг занимался понемногу и раньше. В этом не было ничего удивительного. Профессиональный бокс в то время стоял очень близко к игорному бизнесу и в значительной мере контролировался организованной преступностью. Еще не канули в Лету те времена, когда организацией боев занимались знаменитые мафиози Фрэнки Карбо и Блинки Палермо. Американцы любят говорить, что с мафией был связан один из чемпионов 30-х годов итальянец Примо Карне-ра, но не любят вспоминать о контактах с той же организацией очень популярного Рокки Марчиано, чемпиона мира в тяжелом весе 1952—1956 годов, а это уже совсем близко ко времени Кинга.
Договорных боев тогда было больше, чем сейчас договорных матчей по футболу. Мафиози и просто информированные личности делали на открытом и подпольном тотализаторе колоссальные деньги, ставя против заведомого фаворита, который, как они твердо знали, должен был сегодня проиграть. Мог ли Дон остаться в стороне от такого замечательного дела? Впрочем, большие деньги можно было заработать и совершенно легально, просто организуя матчи, вызывавшие большой интерес публики. Можно было сочетать одно с другим, что Дон и делал.
Вложив большие деньги, Кинг быстро сосредоточил в своих руках немалую силу. Дону помогли несколько его незаменимых качеств. Во-первых, профессиональное обаяние. Он как никто умел втереться в доверие к боксеру, особенно негру, широко используя при этом расовый фактор. Во-вторых, он обещал боксеру больше, чем любой другой промоутер, и делал это так, что ему было трудно не верить. В-третьих, никакое обещание никоим образом его не сковывало. Если бы он мог безнаказанно убивать своих конкурентов, он бы с легкостью это делал. Дон принадлежит к числу людей, которых даже нельзя назвать аморальными, так как они существуют вне всякой морали, то есть действуют не вопреки морали, а независимо от нее. Так, в январе 1973 года он приехал в Кингстон на Ямайку вместе со своим подопечным, чемпионом мира в тяжелом весе Джо Фрезером. Тот проиграл Джорджу Формену, и уезжал Кинг уже с победителем. Когда Формен проиграл Мохаммеду Али, Кинг сумел втереться в доверие и к нему. То, что промоутер проигравшего чемпиона получает права на устройство матчей чемпиона нового — обычная практика, но есть определенный кодекс, который нарушать не принято, есть, наконец, правила приличия, согласно которым нельзя так открыто бросать проигравшего боксера. Для Кинга всех этих правил и норм нет.
Дон грабил всех боксеров, с которыми работал, но почему же тогда они шли к нему? Все очень просто. Как сказал один из его подопечных, Лэрри Холмс: «Я работаю с ним, потому что он больше платит». В этом нет ничего невозможного. Никто не умеет так раскрутить боксера, как Кинг. Потом, когда боксер поднимется достаточно высоко, Дон сам с собой передоговаривается и платит ему гораздо меньше, чем тот ожидал. В контракте всегда находится обтекаемая формулировочка, допускающая двойное или тройное толкование, в результате чего гонорары боксера сильно урезаются, однако и в этом случае боксер до недавнего прошлого часто получал у Кинга больше, чем у любого другого промоутера. Так что недостатка в кадрах Дон никогда не испытывал. В 80-е годы Кинг набрал колоссальную силу. Тяжелый вес стал его вотчиной. Под его знаменами тогда выступал в числе многих прочих и единственный пользовавшийся в то время авторитетом чемпион мира в тяжелом весе Лэрри Холмс.
Стоило Тайсону только появиться на горизонте, как Кинг его заприметил и стал виться вокруг него, словно муха. Его видели на всех матчах Тайсона. Более того, большую часть из них он сам и организовал или, по крайней мере, имел отношение к их организации. Когда 22 ноября 1986 года Майк победил Бер-бика и стал чемпионом мира, Дон Кинг на виду у всех поднял его на руки. Тайсон, похоже, не был этому особенно рад, но первый шаг к овладению его кошельком Кинг сделал.
После смерти Д'Амато в 1985 году мало кто сомневался, что рано или поздно Дон доберется до Тайсона, несмотря на все защитные кордоны вокруг него, которые Кас оставил после себя. Костяк первой команды Тайсона, оставшейся в наследство от Д'Амато, составляли трое: менеджеры Билл Кейтон и Джим Джекобе и тренер Кевин Руни. Сначала они неплохо держали оборону, но в 1988 году умер Джекобе, который был для Тайсона не только менеджером, но и чем-то вроде мамки, в чем Железный Майк, как ни странно, очень нуждался, так как, несмотря на всю свою физическую мощь, по психологическому складу он, скорее, не ведущий, а ведомый. Авторитет Руни не выходил за пределы тренировочного зала, а в одиночку сухой Кейтон, мало подходивший для роли не то что мамки, но даже папки, не смог сдержать атак Дона Кинга, который, почувствовав слабину в рядах противника, резко усилил напор.
Дон Кинг решил использовать старый, простой и безотказный прием, который в политкорректной Америке получал все большее распространение. Долгое время считалось, что расизм бывает только белым. Однако, по мере того как он отступал, все более и более прочные позиции стал занимать расизм черный. Эту-то карту и задумал разыграть Дон Кинг. Лейтмотив его речей был прост и понятен. Зачем тебе эти белые? От них нам никогда не будет никакого добра. Надо держаться своих. Черный черному глаз не выклюет.
Просто до безобразия. Может быть, потому и работает. Сработало и с Тайсоном. Парадокс ситуации заключался в том, что Железному Майку белые ничего плохого не сделали. Как раз наоборот — почти все хорошее, что он видел в этой жизни, исходило от белых: Каса Д'Амато, Камиль Юалд, Джекобса, Руни и многих других. До поры до времени понимал это и сам Майк. Камиль он писал трогательные поздравительные открытки, которые подписывал «твой черный сын Майк». Да и вообще, расовый вопрос его не беспокоил. Уж на что в доме Д'Амато точно не обращали никакого внимания, так это на цвет кожи. Не совсем понятно, каким же чудом Дон Кинг сумел своими примитивными речами разбудить черно-расистские настроения у человека, который никогда не страдал от расизма белого?