Быть может, он сумасшедший? Этот киборг-лягушатник вбил себе в голову, что должен непременно самолично арестовать грязного геника? Взять его, так сказать, собственными руками и тем самым доказать, что их порода лучше? Кому и что Гарон собирался доказывать, было все равно. Если, например, начальству, то, выходит, не он один в элитных частях лишился разума.
Трент не удержался, выглянул из-за балки. Так и есть, лезет! Уже половину расстояния одолел. Двухсоткилограммовое разумное существо, невзирая на смертельную опасность и приобретенный инстинкт, продолжало упорно карабкаться вверх.
Совсем свихнулся!
Трент точно знал, что конструкторы на «Ла Гранж-5» никогда не приветствовали подобного рода упорство, граничившее с упрямством. В детстве, когда его родители работали на МС, он часто слышал разговоры, что киборгам в соответствии с техническими характеристиками заложенных в них устройств заранее назначались пределы их применения. Они заучивали их назубок и старались ни при каких условиях не переступать грань математически выверенного риска. Даже самые простенькие из них как бы исподволь сознавали свою цену. Этот же являл собой что-то запредельное.
- Чертов фанатик! - сквозь зубы выругался Трент. Он двинулся в сторону полицейского «аэросмита», не выдержал и крикнул ветру:
- Я ненавижу фанатиков!
Беглец медленно продвигался к машине, сосредоточившись исключительно на перемещении, на фиксации рук и нот. По мере того как он, оседлав узкую балку, приближался к заветной цели, усиливалось желание оглянуться, посмотреть, чем занимается биомеханический ублюдок. Трент с трудом унял это желание. Не отвлекаясь на разбитый «чандлер», застрявший в соседней секции, миновал отцовскую машину. Единственный раз, для отдыха, он позволил себе взглянуть вперед, в небо. Там до сих пор кружило несколько десятков разнообразных летательных аппаратов. Все они были выкрашены в серебристо-черные цвета Корпуса миротворцев. Они без конца кружили вокруг стратоскреба, однако вплотную старались не приближаться.
В конце концов Трент выбрался на нужный уровень. Здесь не удержался - зуд стал нестерпим - и оглянулся. Нетерпение сыграло с элитником злую шутку. Он оседлал соседнюю ферму, тоже выводящую к оставленному «аэросмиту», но при этом Гарону необходимо было преодолеть перегородивший ему путь разбитый «чандлер».
Желанная цель была уже в десятке метров от Трента. Нестерпимо болела поврежденная нога. Беглец стиснул зубы. На ходу прикинул, как поведет себя, когда доберется до оставленного «аэросмита». Тихонько вывести его задом на свободное пространство и тут же камнем вниз? Нет, не годится, перехватят. Остается только лифт. А Гарон пусть посидит в недостроенном стратоскребе до прибытия спасателей, раз уж никто из сослуживцев до сих пор не отважился повторить его трюк и приземлить машину внутри здания.
Наконец он добрался до машины. Гарон, оказывается, выключил турбодвигатели. Глупец, они помогли бы стабилизировать машину и противостоять порывам ветра.
Тем временем киборг добрался до разбитого «чандлера». Здесь отважился встать на ноги. Боевой лазер, вмонтированный в его правую руку, был направлен точно на Трента.
- Если вы сдвинетесь с места, мсье, - холодно предупредил он, - я буду вынужден вас убить.
Трент едва смог сдержать раздражение. «Мсье, я буду вынужден вас убить»... Сцена из романа Дюма!
- Мы такие договаривались, Эмиль. Надеюсь, вы оставили машину открытой?
Не дожидаясь ответа, он коснулся ладонью поверхности прозрачного фонаря над салоном - точно на том месте, где располагалась клавиша замка. Чуть нажал - и сразу раздался тихий щелчок, а прозрачная полусфера откинулась вверх.
Трент тут же завалился внутрь и расположился на водительском сиденье. Колпак опустился. Гарон выстрелил, но опоздал. Случайно или намеренно? «Аэросмит» чуть покачнулся, и прозрачная крыша мгновенно потемнела. Сработала система защиты от луча лазера. Трент бросил взгляд в сторону застывшего неподалеку киборга и крикнул:
- Мое почтение, Эмиль! Я покидаю вас. До свидания.
Гарон выстрелил еще раз. Сквозь прозрачную изнутри поверхность Трент отчетливо видел, как покачнулся от отдачи киборг. Он попытался ухватиться рукой за разбитый «чандлер», однако эта опора оказалась ненадежной. Обломки машины посыпалась вниз. И в этот момент сержант, с силой оттолкнувшись обеими ногами, прыгнул. Ему не хватило каких-то сантиметров, чтобы преодолеть разделявшее их расстояние. Его скрюченные пальцы лишь коснулись балки, но не успели зацепиться. Издав отчаянный крик, Гарон рухнул в трехкилометровую пропасть. Трент успел запечатлеть в памяти его взгляд. В нем не было страха - только гнев и ненависть. И еще сожаление непонятно о чем.