– Снова попытка убийства и похищение? – поинтересовалась учительница Руперта.
– Но я их уже дал, – едва слышно выдавил Руперт. Ему не хотелось снова идти в полицейский участок. Он слегка встревожился, вдруг полиция нашла тётю Хазелнат или Чарли и Часа, и у него будут неприятности из-за того, что в первый раз он наврал. Когда тётя Хазелнат пропала, полицейский также заходил в школу и допрашивал его и Тургида в кабинете директора. Руперт тогда сказал, что не знает, куда она поехала, и никаких известий от неё не получал.
– В конце концов, – добавил он и был горд своей придумкой, – не то чтобы мы с ней были друзья.
– Нет, конечно, нет, – согласился полицейский. – Но тогда почему она забрала тебя с уроков?
Тут Руперт явно смешался, но Тургид вмешался и сказал, что, наверное, тётя Хазелнат думала, что они с Руди близкие друзья, потому что он был у них на Рождество. То, что Тургид упорно звал Руперта неверным именем, хотя полицейский дважды поправлял его, сыграло ему на руку. Офицер ушёл совершенно удовлетворённый.
Во всяком случае, Руперт полагал, что полицейский удовлетворился допросом, однако же вот пришёл другой. Руперт схватил свой свитер и две дополнительные рубашки, натянул их на себя и поплёлся по коридору, вниз по главной лестнице и к полицейской машине. Ему разрешили сесть спереди, но, увы, соседство с ружьём было не слишком умиротворяющим. Ему подумалось, что людям не следует разъезжать с ружьями на переднем сиденье. Даже полиции. Вблизи ружьё оказалось больше, тяжелее и опаснее, чем можно было вообразить.
Полицейский не сказал Руперту ничего, кроме своего имени – офицер Крамер – и того, что ему всё объяснят, когда они доберутся до допросного кабинета в полицейском участке. Для Руперта это обещание прозвучало очень пугающе.
Когда они уже были почти на месте, офицер Крамер оглядел его и заметил:
– А ты, однако, худосочный сопляк, н-да?
«Худосочный» – это ещё мягко сказано; Руперту редко доставался полноценный или изрядный обед с самого Рождества. У него начали выпирать скулы. Руперт кивнул.
– Разве школа не участвует в программе бесплатных завтраков? – спросил офицер Крамер, паркуя автомобиль.
Руперт снова кивнул. Как тут объяснишь, что все недолюбливают кошачьих воров Браунов, и поэтому он не получает свой бесплатный завтрак.
– Ну, я бы на твоём месте не пропускал эти завтраки. У меня самого двое мальчишек-подростков, и они лопают, как львы. А ты лопаешь, как лев?
Руперт покачал головой. Разговор получился на редкость неловкий. Он бы предпочёл, чтобы полицейский просто отвёл его в участок и приступил к допросу.
Офицер Крамер вздохнул, а затем провёл Руперта в участок и запустил в комнату, где за столом сидела женщина-полицейский.
– Тебя допросит офицер Томлин, – сообщил он, когда мальчик сел.
– Привет, Руперт, – с улыбкой сказала офицер Томлин.
Тут офицер Крамер вышел. Офицер Томлин спросила, как у Руперта дела и сильно ли его напугало похищение, – ну, в общем начала с обычной болтовни, а затем сказала:
– Ну что, начнём?
В этот момент вернулся офицер Крамер и со словами: «Перекус!» – положил перед Рупертом пакет шоколадного молока и упаковку чипсов.
– Отличная идея, – обрадовалась офицер Томлин. – Я и сама не прочь иногда устроить перекус.
Теперь Руперт не знал, что ему делать. Это прозвучало так, будто офицер Томлин собиралась съесть чипсы и выпить шоколадное молоко, однако лежали они перед Рупертом. Он изо всех сил старался не замечать их. Офицеры Томлин и Крамер, однако, сидели и выжидающе поглядывали на него. Наконец офицер Томлин мягко проговорила:
– Ты можешь есть, пока мы разговариваем, Руперт.
Руперт смел всё в десять секунд. Офицер Томлин и офицер Крамер незаметно переглянулись, и офицер Крамер произнёс:
– Думаю, я быстренько схожу в кафе напротив и принесу Руперту обед. Раз мы кормим обедом заключённых, можем накормить и свидетеля. – Он вышел, бормоча себе под нос: – Христос в пижаме, куда катится этот город.
– Ну и ну! – проговорила офицер Томлин. – Не обращай внимания на офицера Крамера. Он любит… видишь ли… – она осеклась, взглянув на смущённое лицо Руперта, и решила сменить тему: – Давай, пока его нет, просто продолжим. Не знаю, успел ли тебе объяснить офицер Крамер, что я не из полиции Стилвилля. Я из Цинциннати. У нас произошло ограбление и похищение, которое весьма напоминает попытку ограбления, при которой ты был взят заложником. Поэтому мы бы хотели снова допросить тебя и миссис Хазелнат о том, что вы помните о произошедшем в тот день.