- Представьте, есть. - Либерти закурила и приступила к делу. - Вы хорошо знаете Кит Рейсом?
- Не очень.
- Нельзя ли уточнить? - Либерти не сумела скрыть недоверие.
- Я встречала ее несколько раз на приемах в "Рейсом энтерпрайзиз". Она живет в Калифорнии, а я там практически не бываю.
- Вы не имели с ней дела, когда жили у Китсии на Зваре?
- Нет. К тому времени Кит уже переехала в Штаты.
- Наверное, вам лестно, что Верена будет сниматься у нее в "Последнем шансе"?
- Вот уж нет!, Либерти полагалась на свой вопрос, как на пробку: выдернув ее, она пустила бы Аманду в плавание по океану личных воспоминаний.
Аманда перевела дух, как будто взвешивая, стоит ли быть с Либерти откровенной. Потом, уставившись в камин, она заговорила:
- Впервые мы встретились с Кит на нью-йоркском коктейле. Я любовалась с террасы неподражаемым видом Манхэттена, как вдруг она подошла и попросила разрешения присоединиться ко мне. Я кивнула, и мы несколько минут простояли молча, прежде чем я представилась. Потом я сказала:
"Знаете, о чем мне поведал муж за несколько минут до вашего появления? Что он с вами спал. Это правда?" Она без колебания ответила "да". Я спросила, что она при этом испытывала, и она ответила, что у нее было ощущение, будто это происходит не с ней. Хотите услышать самое интересное? Я знаю, что она хотела сказать. Это чувство мне знакомо. Но все равно она была мне антипатична. Мне не понравилась ее откровенность.
Либерти с трудом скрывала свое поражение.
- Как вы познакомились с Рашем? - спросила она небрежно. Теперь, когда Аманда приоткрыла дверь, ей ничего не стоило в нее вломиться. Аманда налила себе еще чаю, посмотрела на Либерти и снова перевела взгляд на огонь.
- Нас свел Арчер.
- Постарайтесь вспомнить подробности.
- С Арчером я познакомилась через Китсию.
- Вы влюбились в него, как все остальные?
- Да, но ненадолго. Потом я вышла замуж за Раша.
- Влюбились в одного, а вышли за другого?
- Так получилось... - Аманда робко улыбнулась. После короткого размышления она вдруг решительно произнесла:
- Не могу! Не могу все это ворошить. Тем более при посторонних.
Либерти старалась перехватить ее взгляд, но Аманда упорно смотрела в сторону.
- Неужели вы по-прежнему влюблены в Арчера? - Аманда прижала руки к груди, словно желая защититься. - Ладно, перестаньте, это же очевидно! Видели бы вы выражение своего лица при упоминании его имени! А на вчерашнем приеме? Чужой запросто предположил бы, что вы - муж и жена.
- Мы остались хорошими друзьями, - пробормотала Аманда краснея.
- Но не любовниками?
- Послушайте...
- Почему вы порвали с Арчером?
- Вас это совершенно не касается!
Но Либерти уже несло:
- Наверное, вы не против, чтобы Раш досадил прежнему возлюбленному?
- Как вы смеете так со мной разговаривать?
- Вас поссорила Китсия, да? Она не хотела, чтобы Арчер снова женился. Вы осуждали Арчера? - Либерти от вопросов перешла к размышлению вслух:
- Вы осуждали его за то, что он не стал сопротивляться Китсии, и вы ему отомстили: выбрали в мужья его лучшего друга.
Глаза Аманды наполнились слезами.
- Простите меня! - опомнилась Либерти. - Ради Бога, простите! - Она достала из сумки бумажный платок и сунула его Аманде.
- Понимаете, Арчер был моей первой любовью. - Аманда промокнула глаза. - Говорят, первая любовь остается с человеком на всю жизнь. Вы выходите замуж за другого, ваш первый возлюбленный сходит в могилу, но чувства продолжают жить, они обретают независимое существование...
- И ваши чувства к Арчеру...
- Сейчас я понимаю, что не добилась полной взаимности.
У него я не была первой любовью и с самого начала знала, что меня он никогда не полюбит так, как любил ее.
- Понимаю. Вы вышли за Раша не с целью отомстить, а чтобы удержать Арчера единственно доступным способом. Не за него, так за его лучшего друга! Если не спать с ним, то по крайней мере сидеть напротив него на приемах. Поколебавшись и приняв молчание за согласие, Либерти продолжила:
- Вы ведь уже вынашивали Верену. Вершина платонических отношений! Вы привели его в свой дом и позволили стать крестным отцом дочери. Наверное, в отсутствие Раша Арчер ходил на родительские собрания, репетиции драмкружка?
- Да, да, да! Все так и было. Только далеко не столь примитивно, как вы изображаете. Я ничего этого не планировала.
Прошло много времени, прежде чем я приняла его как друга, но не как суррогатного папашу, качающего Верену на коленке.
Как долго я боролась с побуждением кинуться ему на шею, когда он появлялся в нашем доме! Я даже бросила курить, потому что у него была особенная манера зажигать мне сигарету...
- Знаю, - проговорила Либерти, искренне сочувствуя хозяйке дома. - Вы его по-прежнему любите. Как жаль, что вы замужем за Рашем!
- Нет, вы не понимаете! - В голосе Аманды зазвучали властные нотки. Раш был со мной нежен. Он обо мне заботился. Поверьте, мне это было необходимо.
- Тогда вы приняли заботу за любовь...
Аманда покачала головой:
- Я никогда не обманывалась на его счет.
Либерти кивнула. Как ни жаль ей было Аманду, дело есть дело:
- Давайте вернемся к Китсии. Насколько вы с ней близки?
- Очень близки, - ответила Аманда щурясь. - Она - единственный близкий мне человек, не считая Верены.
- Что вы думаете о ней как о матери?
Вопрос застал Аманду врасплох.
- Трудно сказать... Всякая женщина старается быть хорошей матерью, весь вопрос в том, что она вкладывает в это понятие. Я тоже стараюсь, но сейчас вы услышали бы от Верены, что я оказалась не на высоте. Думаю, Китсия пыталась воспитать Кит сильной, внушить, что ей никто не нужен, кроме нее самой.
- Вы считаете, что она живет без мужа, потому что жила без отца?
- Можно взглянуть на это и так. Не думаю, чтобы Китсия когда-либо готовила Кит к замужеству. Кто знает, каким она видела ее будущее? Нелегко растить девочку на острове одной, без отца.
- А что за отец Раш Александер? Батюшка дюжины компаний и одной дочки?
- Да. - Аманда потупила взор. Разложив на колене платок, она принялась усиленно его разглаживать.
- Что "да", Аманда?
- Он чрезвычайно занятой человек.
Совсем как упрямая девочка, отказывающаяся выдать семейную тайну! Либерти наклонилась к ней, заставила поднять глаза - Вчера вечером Верена злилась на отца. Вы знаете из-за чего?
Взгляд Аманды был спокоен и решителен.
- Вас это не касается. Верена не имеет к теме вашей статьи никакого отношения. Если я найду в вашем журнале хотя бы одно словечко против нее, берегитесь!
- Ваш супруг уронит мне на голову стальную балку? - Либерти ее собственные слова удивили даже больше, чем Аманду, которая просто повторила:
- Ни слова против моей дочери!
- Можете не волноваться. Но насчет ее папочки я вам того же обещать не могу. Кстати, о папочках: вы никогда не задумывались, кто отец Кит?
- Нет, - ответила Аманда. - Думать об этом - не моя забота. Строить домыслы о чужой личной жизни неприлично.
- Тогда вы должны считать неприличным занятие, которым я зарабатываю себе на хлеб, - сказала Либерти вполне искренне.
- Уверена, ваша статья будет свободна от домыслов.
- Не будьте так уверены, - сказала Либерти с намерением вызвать у нее улыбку.
- Возможно, я не очень понятно объясняю. Знаю, у меня манера ходить вокруг да около. Мои родители считали умение вести разговор исключительно важной деталью воспитания девушки, однако придерживались мнения, что всякий разговор должен оставаться в рамках приличий и дозволенного, поэтому многие темы были под запретом. Трудно нарушить правила, усвоенные в детстве.
- Что вы хотите этим сказать? - строго, словно учительница - школьницу, спросила Либерти. Она вспомнила рассказ Китсии о том, как ей хотелось встряхнуть Аманду, жившую в туманном, книжном мире. По словам Китсии, Аманда так тщательно выстраивала свою судьбу, что жизнь ее оказалась совершенно пуста, если не считать дочери; но и Верене ей не удавалось внушить, насколько сильно она ее любит.