— Я помню, как Казарка Грация однажды говорила мне о том, что я должен думать о любви к своим собратьям-казаркам, — ответил Гомер. — Она сказала тогда, что, если дикий гусь, летящий во главе клина, будет думать о любви к своим собратьям, сопереживание полностью поглотит его. А еще она сказала, что я смогу до конца понять это, только когда сам займу место во главе клина и отчетливо представлю себе, как стая подхватывает птицу, которая уступает свое место. Что она имела в виду, Дедушка? — спросил Гомер.
— Большинство казарок думают, что задача птицы, уступающей свое место, состоит в том, чтобы пристроиться в хвост длинного крыла, и что задачу эту она выполняет полностью самостоятельно. В действительности же дело обстоит несколько по-иному. Дикий гусь, уступающий свое место, отпускает от себя мысль Большого Крыла и погружается обратно в Сознание Стаи. Он начинает выпадать из строя. Совершенно изнуренный, он не верит, что способен снова присоединиться к стае. Тогда новый вожак клина должен живо представить себе, как выпавшая птица возвращается в строй, а длинное крыло в это время просто чуть снижается и притягивает ее к себе. Воздушные течения, образующиеся вокруг стаи, позволяют такой птице вернуться в строй, даже если она совершенно обессилела и пала духом. Ей ни в коем случае не дадут пропасть. И подбирает ее не кто иной, как вожак клина, поддерживающий проявление духа Большого Крыла.
Понемногу Гомер начал понимать то, о чем говорил Дедушка.
— Ты хочешь сказать, что сама выпадающая птица не прилагает никаких усилий к Тому, чтобы поймать стаю? — спросил он.
— Нет-нет, — ответил Дедушка. — Так могло бы показаться стороннему наблюдателю, но в действительности бывает, что такая птица не хочет, чтобы ее подбирали, потому что чувствует себя вконец обессиленной. Она может начать жалеть себя. После полета на острие клина дикий гусь, бывает, так устает, что ему становится не до размышления о правильной манере полета.
— Но разве он не может просто переключиться обратно к Мысли Большого Крыла и продолжить лететь, как раньше? — спросил Гомер.
— Вообще-то нет, — ответил Дедушка. — Его слишком поглощает мысль о том, что он ее утратил, и о том, что он засбоил. Не знаю, поймешь ли ты меня, — добавил Дедушка, — но после того, как дикий гусь, воспарив в такие выси, утрачивает связь с идеалом, он становится несколько пессимистичным, и это мгновенно выражается в том, что он начинает падать. Когда его мысль снова переключается к Сознанию Стаи, ему бывает нужно время на то, чтобы восстановиться от происшедших в нем физических перемен. Ему нужно отдохнуть в тени длинного крыла.
Гомер слушал Дедушку, стараясь не упустить ни слова.
— За то время, что гусь летит на длинном крыле, он проходит через различные стадии поддержания Сознания Стаи и снова перемещается вперед, к острию клина. Видишь ли, весь этот процесс имеет структуру, которая отражает общие потребности стаи и обеспечивает удовлетворение потребностей каждой отдельной птицы. Птица, выпавшая из строя, довольно быстро восстанавливает силы благодаря совокупной мощи стаи. Просто удивительно, насколько тесно связаны размер стаи и ее коллективная энергия с той энергией, которая оказывается доступна каждой отдельной птице, — сказал Дедушка. — Мы проведем тебя через все стадии на пути к острию клина, и ты все почувствуешь сам.
— Я буду тренироваться в этом? — спросил Гомер.
— Вообще-то я бы не называл это тренировкой. Это только кажется, что перед перелетом всегда найдется время для нескольких пробных вылетов. Но на самом деле, повторяю, ни о каких пробах речь не идет — в жизни все бывает по-настоящему. Когда ты выпадаешь из строя, это опасно — независимо от того, есть у тебя время на тренировки или нет.
— Я отнесусь к этому серьезно, — задумчиво сказал Гомер. — Особенно к тому, что ты говорил о поддержании уверенности, что стая вернет меня в строй, когда я из него выпаду, если только я позволю ей это сделать.
Взглянув на Гомера, Дедушка кивнул головой и сказал:
— Ты готов заниматься с Казаркой Грацией, Гомер. Ты готов заниматься с ней и узнать о том, что такое перечень имеющихся качеств.
9
Перечень качеств
Как всегда невозмутимая, казарка по имени Грация приблизилась к Гомеру и его Дедушке. «И как ей только удается сохранять такое хладнокровие?» — подумал Гомер.