— Вы с Августом вместе на всю жизнь? — спросил Гомер.
Бетти разрыдалась, подтверждая его слова. Теперь Гомер знал наверняка, что они с Августом ни за что не расстанутся и не откажутся от избранной линии поведения. Из-за своей эмоциональной привязанности к Августу Бетти несколько припозднилась с присоединением к Сознанию Стаи, и теперь ей необходимо отдалиться от Августа, чтобы его система убеждений не оказала ненужного влияния на ее собственную. Ради своего собственного роста ей нужно прекратить помогать Августу. Одно дело предложить ему помощь, и совсем другое — дать ему возможность пренебрегать своими обязанностями и слоняться без дела.
Бетти продолжала плакать, и Вальтер жестом предложил Гомеру вернуться к Дедушке. Увидев, как она мучается, Гомер понял, что нежелание меняться ничем нельзя оправдать. Все, что ему мешает, — это страх и нерешительность. Но уж теперь-то он ни за что не станет подыскивать отговорки и с готовностью примет все, что его ждет. Подняв голову, он заметил направляющегося к нему по берегу озера Дедушку.
13
Достижение Сознания Стаи
— Дедушка, скажи, а с кем мне лучше всего поговорить о том, как нужно удерживать Сознание Стаи, когда находишься на длинном крыле? — спросил Гомер, вернувшись на озеро.
— Видишь ли, это не та тема, которую достаточно обсудить с кем-то одним, — ответил Дедушка. — Поговори-ка с Дядюшкой Эрнестом и его подругой Моникой. Пожалуй, они подойдут для этого лучше всего.
Гомер поплыл в направлении южного берега озера. Всю дорогу он думал об этой странной паре. Летом Монику и Эрнеста было совершенно невозможно застать на месте. Они все время где-то летали вдвоем и, по-видимому, были заняты какими-то только им известными делами — но в то же время неизменно присоединялись к стае во время великого перелета. Полет объединил их на всю жизнь.
Он вспомнил о том, как впервые услышал об идее братства-по-полету. Дедушка говорил ему тогда, что только дикие гуси способны оставаться друг с другом в течение всей жизни, хотя и не всегда пользуются этой своей способностью. Но когда такое случается, братья-по-полету должны быть готовы делить друг с другом как трудности, так и радости. Гомеру хотелось расспросить Монику и Эрнеста о том, что значило для них быть парой-по-полету. Кроме того, он хотел побольше разузнать о мысленном сосредоточении и всем, что связано с Сознанием Стаи.
По правде говоря, в отношении Сознания Стаи Гомер чувствовал себя несколько сбитым с толку. Он был уверен, что научится всему у профессора Гусенштейна — у кого же и учиться-то, как не у него?
Вместо этого ему было предложено повидать престарелую парочку. Неужели им действительно были известны какие-то секреты сознания? А может, на сей раз Дедушка не слишком хорошо подумал? Гомеру не терпелось это понять, так что он принялся грести быстрей. Моника и Эрнест были уже видны — они беззаботно плескались у противоположного берега. Создавалось впечатление, что они были озабочены гораздо меньше остальных и совершенно не думали о том, как им помочь стае достичь Слияния.
Когда Гомер приблизился к ним, Эрнест лукаво взглянул на него и спросил, чего ему больше хочется — половить рыбу или задуматься о Сознании Стаи. Моника подняла голову и посмотрела на Гомера в упор.
— Думай о Сознание Стаи и пойдем ловить рыбу, — сказала она. Затем, после совсем небольшой паузы заговорила невпопад: — Нет-нет, погоди-ка с Сознанием Стаи. Пожалуй, мы можем поискать пищу и на берегу. Или нет — я думаю, что я подумаю о Сознании Стаи…
«Этого только не хватало, — пронеслось в голове у Гомера. — Да у нее мысли в голове скачут! Я, понимаете ли, явился сюда, чтобы узнать о Сознании Стаи, а она не может решить, что ей делать. Пойти, что ли, действительно, половить рыбу и не ломать себе голову над этим самым Слиянием…»
— Сознание Стаи, Эрнест, — сказала Моника, наконец-то повернувшись к своему другу.
— Да, я знаю, вот только я все время теряю его и, по правде говоря, плохо представляю себе, что с этим можно поделать, — признался тот.
— Просто думай по-стайному и иди себе ловить рыбу, — сказала Моника.
— Даже не знаю… — проговорил Эрнест. Заметив Гомера, он спросил: — Ты хотел меня о чем-то спросить или, может, просто поиграем?
«Ну и ну, — подумал Гомер. — Похоже, здесь толку не добьешься. А раз так, то нечего и стараться». Развернувшись, он двинулся прочь.