«Стая есть!» Его мысли создали для него возможность летать. Он ощущал любовь ко всей стае и был спокоен и уверен в себе. Он понимал, что каждая из птиц находится теперь в наилучшем месте в наилучшее время. В стае установился мир и порядок.
Затем из строя выпал Фаворит, и Гомер принялся повторять про себя клич Большого Крыла. Он был уверен в своих силах. Перемещаясь к острию клина, он почувствовал прилив энергии. Мысленным взором Гомер увидел, как вся стая чуть снижается и оконечность длинного крыла подхватывает его товарища-силача.
«Большое Крыло!» — услышал он идущий откуда-то из глубин его существа голос. Он вдруг увидел, как Фаворит становится Великой Казаркой, как стая попадает в жестокую бурю. Перед его мысленным взором встала картина того, как Великая Казарка вводит стаю в опасный широкий вираж. Когда Гомер осознал увиденное, его передернуло. Вслед за этим он ощутил удар холодного ветра и поежился. Отпустив от себя мысль Большого Крыла, Гомер стал падать. Ощущение было отвратительным. Невозможно было поверить в такой контраст с только что пережитым. На Гомера навалилась непонятная усталость, его охватила паника — он испугался, что не сможет переместиться на место замыкающего. И тут он увидел, что тело Дедушки начало светиться. Почувствовав дуновение, он уловил поток, создаваемый последним из гусей, — разумеется, это Дедушка заставил птиц длинного крыла снизиться, чтобы его подхватить. Дедушка, Билл, профессор Гусенштейн, Бетти, Вальтер, Эрнест и Моника поочередно заступали на роль вожака и выпадали из строя, уступая место тому, кто следовал позади.
Они летели вокруг озера по широкой дуге. Посмотрев вниз, Гомер увидел Августа, так же неспешно перебиравшего лапками, — тот плыл опустив голову и был явно не в духе. В следующее мгновение Гомер услышал крик Дедушки — тот напоминал ему о необходимости не упускать из виду стаю. Гомер мысленно простил Августа, да и себя самого — за утрату концентрации. Он переключился на мысль о Большом Крыле как раз в тот момент, когда из строя выпал Фаворит, и снова ощутил прилив энергии. «Большое Крыло!» Гомер подумал обо всех своих товарищах по стае и летел вместе с клином по кругу. Он чувствовал, как с каждым приходом мысли о Большом Крыле растет его способность маневрировать. «Большое Крыло!» Он увидел Великую Казарку, одиноко летящего в режиме сверхполета и ожидающего, пока Фаворит впустит в поток Грацию. «Большое Крыло!» Как лидер клина, он видел теперь Всю стаю. До него опять донесся крик Дедушки; Гомер понял, что настала его очередь выполнить тренировочное выпадение из строя. Он так и сделал, и маневр получился у него гораздо лучше, чем в первый раз.
Дедушка подхватил его без особых затруднений. Заходя на третий круг, птицы быстро перестроились, чтобы набрать скорость.
Они двигались теперь по еще более широкой дуге, так что, хотя скорость и была достаточно велика, поддерживать ее не составляло труда. Мысли Гомера вернулись к Августу и Бетти, и он ощутил мощный прилив сострадания ко всем птицам стаи. Клич Большого Крыла снова зазвучал в нем, и он вышел на место вожака. С необыкновенной легкостью он подхватил выпавшего Фаворита и посмотрел вниз. Стая — судя по всему, в последний раз — приближалась к бедолаге Августу.
«Большое Крыло!» Это была только мысль, пронесшаяся в сознании Гомера, но ему показалось, будто он слышит звучание слов. «Большое Крыло!» Внезапно перед его глазами возникло видение: он увидел самого себя умоляющим Августа присоединиться к стае. Гомер посмотрел вниз — Август по-прежнему суетливо метался по поверхности озера. Гомер затормозил и стал быстро снижаться. Он знал, что ему нужно делать. Изо всех сил замахав крыльями, он устремился в направлении товарища. Увидев, что Дедушка замедлил полет стаи, чтобы его подобрать, он заторопился еще больше. Ну, в самом деле, не бросит же Дедушка его здесь из-за того, что он слегка задержится, чтобы уговорить Августа лететь вместе с ними. От него не ускользнуло то непроизвольное движение, которое сделал Август, когда он, Гомер, о нем подумал. Мысль Стаи определенно присутствовала и в его сознании. А значит, его вполне возможно увести за собой — нужно только уговорить его взлететь.