— Но ты и не хотел узнать меня, Уит. Между нами все кончено. Если нет любви, почему бы не сказать то, что накипело в душе? — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты будешь сейчас искать дневник или позвонишь в полицию, чтобы сдать им Гуча?
— Давай поищем дневник.
— В этом весь ты и твое лицемерие, так сказать, двойной стандарт.
Уит не стал с ней спорить, и они начали обыскивать дом. Коттедж был маленький, но с хорошо продуманной планировкой. Уит поднялся наверх, чтобы осмотреть две спальни. Однако с первого взгляда было ясно, что здесь уже успели сделать тщательный обыск, поэтому Уит решил, что продолжать поиски бессмысленно. Если здесь что-то и было спрятано, то это уже забрали.
Он открыл дверцу шкафа, когда внизу вскрикнула Люси:
— Нет…
— Люси! — позвал он.
На мгновение воцарилась тишина, затем послышался звук удара и голос Люси:
— Уит!
Еще один удар. И снова тишина.
Тихо спускаясь по лестнице, Уит вытащил пистолет Пэтча, который он взял в сумочке Люси, и взвел курок. Он остановился на повороте, где лестница выходила к кухне.
— Судья Мозли? — раздался мужской голос. Он звучал спокойно и вкрадчиво. — Вам необходимо спуститься вниз с поднятыми руками.
— Я вооружен, — ответил Уит. — Если вы причините ей боль, я убью вас.
В ответ прозвучал одиночный выстрел.
Уит застыл.
— Она сейчас без сознания, — сказал мужчина, — поэтому ничего не почувствовала. Но я только что отстрелил ей два пальца на левой руке. У вас есть пять секунд на то, чтобы выйти ко мне. Теперь я перевожу пистолет на ее лоб…
— Нет!
Уит вышел из-за лестничного проема, подняв руки и держа пистолет большим и указательным пальцами.
Возле Люси на корточках сидел мужчина, в руках у него был 9-миллиметровый «глок», направленный прямо на Уита. Незнакомец был поджарым, высоким, с выкрашенными дешевой светлой краской волосами. На глазах — круглые очки в тонкой металлической оправе. Он походил на профессора, решившего стать рокером.
— Брось пистолет, — приказал он.
Уит повиновался.
— На колени, руки на голову.
Уит выполнил и это требование. Украдкой посмотрев на руку Люси, он с облегчением вздохнул: все пять пальцев на левой руке были на месте, ничего не отстрелено.
— Я обманул вас, — с подчеркнутой небрежностью произнес Алекс Блэк. — На самом деле я терпеть не могу грязь.
Глава 36
Бен выгнал агентов ФБР из своего дома. Вернее, подумала Клаудия, попросил их уйти. Он вежливо объяснил федералам, что ценит их помощь, но с Клаудией чувствует себя в безопасности, — при этих словах она покраснела, — и ему хотелось бы остаться одному, чтобы окончательно прийти в себя после всего, что с ним произошло. Кроме того, до сих пор не было предъявлено никаких обвинений по поводу того, что Стоуни совершил преступление, как не было и доказательств, что его брат стал жертвой. Все телефоны прослушивались, на случай если позвонит Стоуни, Дэнни Лаффит или вымогатель с требованием выкупа.
В ответ агенты криво улыбнулись, но вынуждены были уйти. Клаудия из окна видела, как их машины выехали из Флэтс. После ухода Граймса и Горделла в доме стало так тихо, как будто в нем поселились привидения. Она подумала, что сюда может заехать Дэвид под предлогом, что ему нужно повидать Бена. Но дорога оставалась пустынной.
Бен включил стереосистему, и комнату наполнила нежная мелодия Вивальди. Слушая прекрасную музыку, Клаудия стояла у камина и рассматривала старинную морскую карту, висевшую на стене.
Бен подошел сзади и положил руки ей на плечи.
— Я очень рад, что ты сейчас здесь, Клаудия. Я бы сошел с ума от одиночества.
— Мне нравится эта старая карта, — тихо произнесла она.
— Это репродукция, хотя Стоуни, когда хорошенько выпьет, говорит гостям, что это оригинал. Много лет назад большая часть мира была неизвестна. Видишь, Европа изображена здесь неточно: наши предки видели исследованный мир не таким, каким он был на самом деле. Покидаешь родные края, доплываешь до середины, — говорил Бен, указывая на огромного змея среди волн с закинутой назад головой и высунутым языком, похожим на пламя, а тебе говорят: «Здесь водятся драконы. Если тебя это не пугает, плыви дальше и доберешься до края света, где и сгинешь навек. Это точка, откуда нет возврата».
— Мне кажется, что эта карта более точная, чем современная.
Он поцеловал ее в шею.
— Выпьешь немного вина? Или пива? А хочешь, я смешаю для тебя мичеладу?