— Ну конечно. Просто спали…
— Представь себе. Она, правда, немного похрапывает, но мне это не мешает.
— Если коротко, то я думаю, что ты попал, — сказала Сюзан Гилберт.
Когда суд для несовершеннолетних закончился и Гуч ушел, Уит подумал, что на сегодня с молодежью для него покончено. Однако в кабинете его ждала Сюзан, с воинственно скрещенными на груди руками, по-прежнему в черной рубашке и черных брюках, несмотря на удушающую жару, из-за которой сейчас страдал весь Порт-Лео. Надув губы, словно обиженный, избалованный подросток, которому в чем-то отказали, она исподлобья смотрела на Уита.
— Ты в такой одежде не чувствуешь себя панелью солнечной батареи? — приветливо улыбаясь, спросил Уит.
— Не нужно со мной заигрывать, — отрезала она, стараясь, чтобы ее голос звучал с холодной любезностью.
— Я и не думал. Что случилось? — поинтересовался Уит, стягивая мантию через голову. Он ненавидел носить черное даже в комфортных условиях зала суда, снабженного кондиционером.
Она следила за тем, как он разглаживал свою рубашку лимонного цвета и вешал мантию на плечики.
— Закрой дверь. Разговор у нас конфиденциальный.
Снисходительно улыбнувшись, Уит выполнил просьбу Сюзан и подумал: «У меня есть еще секунд пять, чтобы оставаться милым».
— Речь пойдет о Люси. Она, очевидно, является единственной наследницей недвижимости Пэтча.
Юридические новости распространяются быстро. Интересно, кто ей об этом сказал? Наверное, сама Люси. А может, адвокаты. Или Дэвид…
— Я об этом тоже слышал. Правда, самого завещания не видел.
— А ее любовник занимается расследованием по этому делу.
— Любовник? Не припомню, чтобы меня кто-нибудь раньше так называл. Большинство людей обычно говорят «бойфренд». — Уит сел за свой стол.
— Из этого может получиться скандальный заголовок для газет, — заявила Сюзан. — Ты должен отказаться от ведения дела.
— Люси не является официально подозреваемой, как и не является моей кровной родственницей или родственницей по браку. У меня нет оснований отказываться от расследования.
— Конечно, Люси не попадет в подозреваемые, если ты будешь работать рука об руку с полицией.
— Дэвид Пауэр, честно говоря, не является президентом моего фан-клуба, — жестко произнес Уит. — В полиции не прислушиваются к моему мнению относительно того, кого им считать подозреваемыми. Они обрабатывают улики и вызывают всех, кого считают нужным. В полиции думают, что это совершил Джимми Берд, и я не понимаю, Сюзан, чего ты так кипятишься?
Но он видел, что женщина с ума сходит из-за того, что и земля, и деньги ускользают из ее рук. Поэтому, что бы он ни говорил, это навряд ли могло успокоить ее.
— У Джимми Берда есть семья и дети, а он внезапно совершает ночную кражу со взломом. Не смеши меня. — Сюзан резко наклонилась к Уиту. — К этому делу каким-то образом приложила руку Люси, и с завещанием Пэтча нужно еще хорошенько разобраться. А по поводу того, что ты злоупотребляешь своим служебным положением, чтобы прикрывать ее, мне придется обратиться к прессе…
— Слушай, Сюзан! Иди и делай все, что тебе заблагорассудится, — спокойно ответил Уит. — Ты бесишься из-за того, что Пэтч не включил тебя в завещание. Ты просто рассерженная родственница. Газеты не уделят тебе и десятой доли того внимания, на которое ты рассчитываешь.
— Твоя карьера судьи на этом закончится, — с угрозой в голосе заявила женщина.
— Меня уже и раньше пугали этим, — сказал Уит, пожимая плечами. — Вероятно, все так и случилось бы, сваляй я дурака. Если я напортачу, коллегия судей публично отшлепает меня, и я буду воспринимать такое отношение как должное. Поэтому можешь обращаться в газеты и пробовать все, что захочешь.
Уит улыбнулся. Он действительно говорил вполне серьезно. Перед тем как его избрали судьей, он был управляющим в кафе-мороженом, делал фотоснимки для газет, руководил службой курьерской доставки. Все эти занятия определенно не сопровождались такими стрессами, как сейчас, когда ему приходилось сидеть и выслушивать всякий бред от этой не слишком талантливой жалобщицы.
— Держу пари, — продолжил Уит, — что судья Мозли более популярен в этом городе, чем ты, Сюзан.
— Я не была бы так уверена на твоем месте, Уит, — сказала Сюзан, но уже более мягким тоном. — Мы ведь можем и договориться, верно? Я не буду поднимать шум в газетах, пытаясь подорвать твой авторитет, который ты считаешь таким несокрушимым, хотя это и не так. Но нам нужно прийти к соглашению.