— Похоже, что у хозяина дома был напряженный вечер?
— Он совершенно точно не упоминал о том, что его брат и Клаудия похищены. Но он ведь знал об этом, не так ли?
— Мы не уполномочены обсуждать это здесь, судья, — последнее слово Граймс произнес с усмешкой, словно бы после некоторого раздумья. Как будто он даже не был в этом особенно уверен.
— Клаудия Салазар — мой старый друг. Мы вместе работали, расследуя разные убийства. И я весьма отрицательно оцениваю тот факт, что Стоуни, зная об опасности, в которой она оказалась, даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь ей.
Люди «Г» вежливо улыбнулись. Судя по всему, его мнение тут никого не интересовало.
— Но ведь по этому двойному убийству уже был выявлен подозреваемый, верно? — спросил Горделл. — Самоубийца.
— Исполняя обязанности коронера, я еще не идентифицировал эту смерть как самоубийство, — заметил Уит.
— И вы, решив, что в управлении шерифа ошиблись, захотели немного покачать здесь свои права? — Горделл уставился на него в ожидании ответа. — Вы не считаете, что ваше поведение слишком самонадеянно?
Дэвид, должно быть, просто обаял их своим докладом.
— Я не считаю, что должен согласовывать свои действия с вами, сэр, — вежливо ответил Уит.
— Простите? — переспросил Горделл.
Граймс оторвал свой взгляд от блокнота, в котором делал какие-то пометки, и Уит увидел, как побледнело его лицо.
— Простите… «ваша честь», — поправил его Уит, любезно улыбаясь.
— Ваша честь, — добавил Горделл. При этом он ни секунды не выглядел виноватым. — Я не хотел вас обидеть.
— Хотел. Но не важно, — сказал Уит. — Если я понимаю, что мне для дознания нужна дополнительная информация, я иду и получаю ее.
— Вы ведь не юрист, да? Я хочу сказать, что вы один из тех судей, которым формально не нужна юридическая подготовка, — сказал Горделл с вежливым ехидством.
— Нет, я не юрист. На официальную должность меня избрали, — спокойно ответил Уит.
В темных глазах Горделла мелькнул злой огонек.
— Мне кажется, избиратели могут не одобрить ваше нежелание сотрудничать с ФБР.
— Почему вы решили, что я не хочу сотрудничать?
— Вы слишком самоуверенны. Среди общественных деятелей это не принято, — сказал Горделл.
— Джим, — несколько устало остановил его Граймс.
— Вы не ответили на мой вопрос, — настаивал Уит.
— Давайте не развязывать тут войну, судья Мозли. Вы в ней потерпите поражение, причем жестокое и быстрое. Здесь мы задаем вопросы, а вы на них отвечаете.
Уит мысленно сосчитал до десяти.
— Я думаю, что мой приезд к Стоуни Вону был весьма удачным и своевременным, потому что могу утверждать, что в это время финансист был жив и здоров. Если после этого его похитили или он сбежал, я, по крайней мере, очень существенно сузил для вас временной отрезок, когда это могло произойти.
— Мы вам за это благодарны, — сказал Граймс.
— Но мне все-таки хотелось бы знать, почему были похищены Бен и Клаудия, — продолжил Уит.
— Мистер Вон — богатый человек, — ответил Горделл, пожимая плечами.
— Мистер Стоуни Вон — да. Мистер Бен Вон — нет.
— Похитители думали, что на борту лодки был Стоуни.
— А почему они так считали? Им было известно о его планах?
— Мы этого пока не знаем, судья. — Граймс прокашлялся. — Вполне возможно, что злоумышленники следили за домом и ожидали, когда лодка выйдет в море. А может быть, они просто решили, что если лодки у пирса нет, то хозяин находится на ней.
— Итак, Стоуни Вон имеет смутное отношение к моему делу об убийстве, но при этом получает по физиономии как раз во время похищения. Сейчас он вообще исчез. Я не думаю, что это простое совпадение.
— Вы один из тех, кому не дают покоя закопанные сокровища, да? — спросил Горделл.
— Я предпочитаю рассматривать обнаруженные в земле драгоценности как археологическую находку, — ответил Уит. — И еще меня интересует пресловутый охотник за кладами — Альберт Эксли, или Аллен Экк, или Алекс. Хотелось бы, чтобы вы выяснили, кто этот парень на самом деле.
Губы Граймса сжались в узкую полоску.
— Мы очень ценим ту информацию, которую вы предоставили офицеру Салазар и другим представителям местных властей. Но поймите, пожалуйста, что сначала мы должны разобраться во всех связях этого дела, а потом расставить приоритеты, ваша честь.
— Позвольте мне объяснить, почему важно определить личность названного мной человека. Это Алекс, законченный псих, был в Новом Орлеане в тот момент, когда убили кузена Дэнни Лаффита. Он выбросил одну несчастную женщину в окно только за то, что она случайно услышала, что он «убрал» не того парня. Я думаю, что Дэнни Лаффит связывался со Стоуни Воном за несколько недель до этого, пытаясь договориться с ним о финансировании раскопок клада. Но Стоуни пожадничал и послал Алекса, чтобы тот похитил у Дэнни документы о местонахождении сокровищ и убил его. Только вот Алекс убил в доме Дэнни Лаффита другого человека. Дэнни, по-видимому, позвонил Стоуни после убийства своего родственника, и тот, узнав, что Дэнни жив, начал чудить. — Уит остановился и внимательно посмотрел на обоих агентов. — Так что на вашем месте я бы очень внимательно изучил все записи телефонных разговоров Стоуни Вона, проверил бы, звонил ли он в мотель «Байю Ми» в Новом Орлеане, посмотрел бы, звонили ли ему из Нового Орлеана или Южной Каролины, где находился Дэнни Лаффит, когда был убит его кузен.