Шляпа Руди была такой помятой, как будто он дрался ею. Загнутые вверх поля открывали его широкое бородатое лицо. Из-под распахнутого зеленого плаща, виднелся большой живот, туго обтянутый белой рубашкой.
— А где Рори? — спросила Клауд.
— Дальше по тропинке. — Он ухмыльнулся, глядя на Смоки с таким видом, как будто они оба участвовали в каком-то розыгрыше. Через минуту на тропинке появилась Рори Флуд, его худенькая жена, и молодая женщина в застиранных джинсах. На руках у нее был довольно крупный ребенок, который колотил ножками и ручками.
— Бетси Берт и Робин, — сказала Клауд, — а там Фил Фокс и два моих двоюродных брата — Ирвин и Вальтер Стоуны, по матери-Клауды.
Справа и слева на тропинке появлялись все новые гости, приглашенные на свадьбу. Тропинка была узкой, гости шли по двое и им приходилось тесниться и отходить в сторону, чтобы все могли пожать Смоки руку и поздравить его.
— Чарльз Уэйн, — продолжала знакомить Клауд, — Ханна Нун. А где Лэйки и Вуды?
Тропинка вывела на широкую наклоненную к озеру поляну. С поляны был виден край этого озера, который как ров с водой окружал островок, поросший старыми, корявыми деревьями. Листья ковром покрывали поверхность озера, а лягушки выскакивали прямо из-под ног, когда они проходили мимо воды.
— Наверняка, это большое поместье, — сказала Смоки, вспоминая путеводитель.
— Чем дальше идешь, тем больше оно становится, — отозвалась Ханна Нун. — Вам не встретился мой мальчик Сонни?
Рассекая зеркальную гладь воды, по озерцу плыла лодка. Ее изогнутый нос напоминал лебединую шею, только серую и без глаз, почти как черный лебедь на черном озере из северной легенды. С глухим стуком лодка воткнулась в берег и Клауд подтолкнула Смоки к самой воде, продолжая знакомить его со смеющимися гостями.
— Дальние родственники Ханны, — говорила она. — Ее дедушка был из семьи Бушей, а сестра ее бабушки вышла замуж за одного из дядей миссис Дринквотер; Дэйл…
Смоки машинально кивал головой, но Клауд заметила, что он не слушает ее. Она улыбнулась и прикоснулась к его руке. Остров посреди озера, затененный ветвями деревьев, казался сделанным из сверкающего и переливающегося зеленого стекла. На его наклонной поверхности росли миртовые деревья. В центре острова был круглый бельведер с тонкими, стройными колоннами, напоминающими руки, с округлым куполом, увитым зеленью. Там, в белом платье стояла высокая девушка, держа перевязанный лентами букет.
К ним тянулись, приветствуя их множество рук. Вокруг острова сидели люди, открывая корзинки с едой, успокаивая плачущих детей. Кое-кто заметил, что появился Смоки.
— Клауд, посмотри, кто здесь, — сказал худощавый мужчина почти без подбородка, чем-то напомнивший Смоки поэтов. — Здесь доктор Ворд. Кстати, где он сейчас? Доктор. Выпейте еще немного шампанского.
Плохо выбритое лицо доктора Ворда, затянутого в тесный черный костюм имело выражение жертвы незаслуженного террора. Его стакан с золотой каемочкой дрожал, розовый напиток пузырился в нем.
— Приятно видеть вас, доктор, — сказала Клауд. — Думаю, мы можем обещать, что чудес не будет. Устраивайтесь.
Доктор Ворд попытался что-то сказать, поперхнулся и заговорил быстро и невнятно.
— Кто-нибудь, постучите ему по спине. Он не наш священник.
С видом заговорщика Клауд обратилась к Смоки:
— Они пришли извне и бывают очень нервными. Это чудо, если кто— то из нас женится или умирает. А вот и Сара Пинк и младшие Пинки. Как дела? Все готово?
Она взяла Смоки за руку и когда они пошли по украшенной флагами тропинке к бельведеру, заиграла фисгармония — казалось, что заплакал кто-то очень маленький. Это была музыка, которой он не знал раньше и его охватила внезапная острая тоска. Под звуки фисгармонии приглашенные собрались, тихо переговариваясь. Как только Смоки достиг низких выщербленных ступенек бельведера, тут же, бросая вокруг быстрые взгляды, появился и доктор Ворд, доставая из кармана Библию. Позади Дэйли Алис и рядом с ней Смоки увидел мать, доктора Дринквотера, Софи с цветами. Алис смотрела на него без улыбки и очень спокойно, как на незнакомца. Его поставили позади невесты. Он не знал, куда девать руки: Смоки то засовывал их в карманы, то сжимал пальцы за спиной, то складывал их перед собой. Доктор Ворд перелистал страницы книги и быстро заговорил. Его слова прорывались сквозь звон бокалов с шампанским и нескончаемые звуки фисгармонии. Доктор пробормотал слова, с которыми обычно обращается священник к жениху и невесте и вопросительно посмотрел на них.
— Согласен, — сказал Смоки.