Люди проследили направление его взгляда и наткнулись на пьющего в одиночестве Первого Перерожденного.
— Не хочешь сыграть разок? — обратился Анзор к Элиму.
Глава 282
Все внимание зала сосредоточилось на одном человеке, сидящем на подоконнике в стороне от общей массы гостей.
— Не хочу, — ответил Элим, не удостоивший гостей даже взглядом.
Взгляд Собирателя Душ бы направлен в ночное небо. Где-то там, далеко в космосе, расположены посещенные им миры. Места его самых великих побед и места, где он терпел поражения. Цивилизации, уничтоженные им когда-то, сейчас вновь существовали там, не имея ни малейшего понятия о его существовании. Тяжелый бой с духом напомнил Элиму, что его ждет в будущем. Там не было ничего хорошего.
— Да брось, — не принял отказа дух, — уже больше тысячи лет прошло, с тех пор как ты последний раз играл. Не хочешь освежить свои навыки игры?
Лишь единицы в зале знали, что озвученный Анзором срок не оборот речи, а реальный промежуток времени.
— Не вижу смысла. Бесполезный навык, — без эмоционально ответил Элим.
Где-то в зале поднялась температура — Ирэн слова основателя Бессмертного Оплота разозлили. Они не только буквально обесценивали её собственную игру, но и невероятное выступление Анзора! Ничего более чувственного и красивого она не слышала за всю жизнь.
— Вспомни, когда ты последний раз играл. Хочешь сказать это было зря? — продолжил гнуть свою линию Анзор.
Элиму потребовалось несколько секунд, чтобы отыскать в памяти момент, когда он притрагивался к фортепиано в последний раз. Это случилось незадолго до конца человечества. Уже тогда все поняли: шансов выжить у людей практически не было. Отчаяние, повисшее в последних человеческих городах, было таким сильным, что некоторые поговаривали будто видели его собственным глазами. Тогда он считал таких, просто медленно сходящими с ума от творившегося вокруг ужаса, хотя он нынешний может и поверил бы в их слова.
Лидеры остатков человеческой расы, коим Элим и являлся тогда, пытались поднять моральный дух любыми способами. Одним из них была музыка. Несмотря на разруху у людей всегда была возможность сыграть самим или послушать чьё-то выступление во время отдыха. Сам он тоже частенько играл на фортепиано.
Его музыку любили все, хотя он ни разу не сыграл какое-либо известное произведение. Элим играл с душой, всегда по-разному, передавая с музыкой свои чувства. В тем далекие времена он пытался передать музыкой свою надежду на будущее человечества. К несчастью его надежды не оправдались.
— Я не смогу сыграть как раньше, а если и попробую, то получится совсем другое, — ответил Элим почти через минуту, — и мы оба знаем почему.
После всего пережитого Элим стал совсем другим человеком, если вообще его все еще можно считать таковым. Слишком много плохого было в его жизни, чтобы в нем осталась хоть толика оптимизма и надежды на лучшую жизнь. Ему и жить то не особенно хотелось.
— А что плохого в том, что получится по-другому?
В этот раз Элим всё-таки повернулся к своему собеседнику.
— Это ты чего-то не догоняешь или это я не могу понять твою извращенную логику?
— Мне кажется второе, — самодовольно ухмыльнулся дух.
Остальной зал с толикой непонимания наблюдал за разговором между Первым Перерожденным. Кем на самом деле был Анзор? Ответ даже среди бойцов Бессмертного Оплота знали единицы. Почему Анзор разговаривает с Элимом на равных, в то время как прочие духи, обращаются к нему как хозяину? Тут начинали вспоминаться и прочие странности этого необычного духа. Он был намного более искусным и опытным бойцом, чем любой из духов Элима, даже тех, кого тот получил много позже. И почему только у него на теле есть символы Системы?
Анзор был ничуть не менее загадочной личностью, чем сам основатель Бессмертного Оплота.
— Ты от меня не отстанешь да?
— Один раз и клянусь собственной душой, больше я тебя заставлять не буду.
Серьёзная клятва, доказывающая серьёзность слов второй личности Собирателя Душ. Элим и Анзор на этой планете единственные, кто осознает истинные ценность и возможности души живого существа.
— Я запомнил твои слова, — произнес Элим слезая с подоконника.
Бутылку с ядреным напитком парень прихватил с собой. Сев за инструмент, он поставил её на пол рядом. Тут на него впервые за долгое время накатило чувство растерянности. Сидя перед целым залом, он не знал, что ему стоит сыграть. Анзор силком затащил его сюда.