— Итак, чем ты занимаешься? — спросил Тоби, потянувшись через стол, чтобы забрать сосиску с тарелки Рубена.
— Эй.
Рубен попытался выхватить ее обратно, но Тоби оказался слишком проворен для него и практически забросил себе в рот и принялся жевать.
— Рыжий придурок, — проворчал Рубен, возвращаясь к остальной еде.
— Ага, и мои яйца, и волосы на заднице. — Тоби подмигнул Чарли. — Ну, продолжай, расскажи нам, чем занимаешься.
— Ты не обязан, Чарли, — вздохнула я. — Он проныра.
— Все нормально. — Он улыбнулся, затем повернулся к Тоби. — Я музыкальный техник в «Musica Records».
Я чуть не выронила буханку хлеба, которую держала в руках. Рубен уронил вилку, Деклан присвистнул, у Тоби отвисла челюсть, а Дэнни продолжал вытирать дерьмо из глаза Найджела. Мама и папа никак не отреагировали, но с большим интересом наблюдали за Чарли.
— Да ну на хрен, — выдохнул Тоби.
— Тоби, следи за своим языком, сынок, хорошо? — Папин лоб нахмурился, и он покачал головой.
— Ты позволяешь нам заниматься сексом под твоей крышей со случайными людьми, — сказал Тоби, изогнув бровь, — но я не могу сказать «на хрен»?
Деклан сильнее наклонился через стол, очевидно, больше очарованный заявлением Чарли, чем игрой в гляделки папы и Тоби. Мы все были удивлены, потому что «Musica Records» принадлежала группе «Dirty Riches», одной из крупнейших групп в мире.
— Musica Records, — повторил Деклан. — Черт, ну и работенка у тебя.
Легкий румянец окрасил щеки Чарли, когда всеобщее внимание было приковано к нему, даже я забыла о своих похмельных закусках и стояла, ожидая услышать больше о его работе, держа в руках пакет с буханкой хлеба.
— Да, там хорошо, — ответил Чарли, прочищая горло. — Я работаю там с шестнадцати лет.
— Ты часто встречаешься с группой? — спросил Рубен, настолько заинтересованный Чарли, что пропустил тот факт, что Дэнни забрал у него последнюю сосиску и отдал Найджелу.
Чарли пожал плечами.
— Иногда. Зависит от того, гастролируют ли они или только записываются. Сейчас группа появляется все чаще, поскольку гастролируют только раз в пару лет.
— Потому что слишком старые, — сказал Тоби со смехом.
— Я думаю, это больше связано с тем, что у них у всех есть дети и они хотят быть дома. — Голос Чарли был немного напряженным, когда он защищал своих работодателей.
— Может, и старые, — сказала я, — но они все равно сексуальнее тебя.
Даже не взглянув в мою сторону, Тоби показал мне средний палец. Я должна была быть благодарна, что у нас был гость, так как обычно он запрыгивал на меня и либо обнимал, либо расстегивал бретельки моего лифчика — одним словом тусоваться с братьями то еще удовольствие.
— О чем вы? — спросил папа и получил в ответ серию закатывающихся глаз.
— «Dirty Riches», — сказал Тоби.
— О, мы как-то ходили на их концерт, помнишь, Иван?
Мама сдвинулась со своего места рядом с папой, у раковины, и опустилась в старое резное кресло, стоявшее в конце стола, явно заинтересовавшись больше, чем он.
— О да. — Папа присоединился к ансамблю за столом и подтолкнул Деклана, Рубена и Дэнни дальше на скамейке. Он оттолкнулся так сильно, что Дэнни чуть не свалился с края.
— Черт, пап. Я чуть не грохнулся.
— Ну, не знаю, что ты здесь делаешь, — сказал папа, отмахиваясь от него. — У тебя есть свой собственный дом, своя еда и чертова подружка, о которой ты должен заботиться воскресным утром.
Мы все застонали, осознавая, что гребаный Иван Грозный вот-вот даст какой-нибудь очередной сексуальный совет.
— Ты должен сделать ей массаж, это увеличивает приток крови и разогреет мышцы влагалища, а это значит, будут работать лучше. Лучше для тебя. — Он подмигнул. — И Пэтси.
Чарли начал задыхаться, когда уставился на моего отца, а Рубен двумя пальцами пододвинул к нему через стол стакан апельсинового сока. Парень посмотрел на него, затем поднял напиток и сделал глоток.
— Спасибо, — выдавил он, ставя стакан обратно на стол.
— Не за что, — ответил Рубен. — Итак, с какими группами ты работал?
— Мы видели их в Глазго? — Мама ткнула папу в руку. — Или в Бирмингеме?
— Кажется, это был Лидс, милая. В ту ночь, когда мы стащили трусики с веревки одной женщины.
— О да. — Мама улыбнулась и кивнула, вспоминая свои счастливые воспоминания.