***
– Что ты об этом думаешь? – Заговорил Бьякуя, когда они с Шихоинь отошли подальше от стола.
Йоруичи, насмешливо щурясь, некоторое время изучала его бесстрастное лицо.
– Такато ведь из ваших знакомцев, верно?
– Мы поддерживаем с этим кланом дружественные отношения, – подтвердил Бьякуя.
– Тогда ты можешь знать, возможны ли у них конфликты с Кимурой или с Кирой.
– Насколько мне известно, никаких.
– Тамура не сумел определить, кто из них врет, – с досадой сообщила Йоруичи. – Редкий случай. Обычно его не проведешь.
– И что это может означать?
– Просто кто-то из них виртуозный лгун.
– И какие меры ты намерена предпринять?
– Ты спрашиваешь из праздного любопытства или собираешься повлиять на следствие?
– Я просто хочу быть в курсе.
Йоруичи поленилась выжимать из него правдивый ответ. Если Кучики не намерен объяснять, чего хочет, он способен отделываться общими фразами до бесконечности.
– Мы сделали вид, что оставили их в покое, – сообщила Йоруичи. – Уже вечер, а мы до сих пор никого не допрашивали, даже на месте происшествия не побывали.
– Ты полагаешь, они расслабятся? – Понимающе кивнул Бьякуя.
– Но нам известен каждый их шаг, – продолжала Йоруичи. – Сегодня они уже ничего не успели сделать. Но как ты думаешь, возможно, им требуется замести следы? Переговорить с сообщниками?
– На их месте я не стал бы делать этого сейчас, – заметил Бьякуя. – Слишком велика вероятность слежки. Позже, когда все уляжется…
– И за это время кто-то может случайно что-то обнаружить, – подхватила Йоруичи. – Я, конечно, не знаю, что это может быть. Но если готовили преступление, да еще с техническими средствами, наверняка есть что припрятать. А что будет, если они заметят слежку?
– Просто избавятся от нее, – сказал Бьякуя с оттенком презрения в голосе. – Неужели твои люди настолько некомпетентны, что позволят себя заметить?
– Всякие есть, всякие, – усмехнулась Йоруичи. – Значит, избавятся. И это будет удобным случаем, чтобы замести следы, тебе не кажется?
– Пожалуй, – согласился Бьякуя.
– И вот тут-то и вступит в дело вторая очередь.
– Вторая? – Бьякуя нахмурился. – Что-то я тебя не понимаю.
– Да все же просто! Следить будут две группы. Первая даст себя обнаружить, а вторая нет. Первая позволит жертве оторваться, а вторая пойдет за ней по пятам.
– Мы их спугнем, – сообразил Бьякуя. – Заставим действовать прямо сейчас, когда это удобно нам.
Йоруичи мысленно усмехнулась. «Мы»? Еще один любитель встревать в работу следствия. Мало ей Кьораку!
– Вот именно, – кивнула Йоруичи. – Но ты все же помалкивай. Мы не знаем, кто может передать информацию девчонке.
Она что-то знает, насторожился Кучики. Насчет Абарая и этой Такато. Или подозревает. Иначе не стала бы так говорить.
– Я умею держать язык за зубами, – надменно отозвался он.
***
Пока Кимура изображал жертву перед новыми сослуживцами, Каори утешали сослуживцы прежние. Они уверяли, что все будет в порядке, что никто ни в чем ее не подозревает, и что разведка во всем разберется. Каори надеялась, что лейтенант Кира скажет ей хоть словечко, но тот опять укрылся в кабинете и не показывался оттуда. Тамура попросил его пока не говорить ни с кем из подозреваемых на эту тему.
Но когда Каори вышла на улицу после утренних занятий, ей показалось, что где-то сбоку, на краю поля зрения, мелькнула черная тень. Впрочем, в Готэй практически все носят черную форму, однако Каори именно эта тень показалась подозрительной. Она оглянулась, но ничего не обнаружила. Только осталось в душе неприятное чувство. Это ощущение, что за тобой наблюдают.
Спустя некоторое время странное движение где-то сбоку повторилось. Каори резко развернулась… и успела заметить фигуру, немедленно скрывшуюся за углом. Не синигами. Разведчик. Вот, значит, как они ее не подозревают!
Каори обиделась и расстроилась. Она так старалась сделать, как лучше, она жизнью рисковала, и вот благодарность! Подозревают ее саму в преступлении! Вот уж нет, подумала она со злостью. Я вам докажу. Сама все найду и докажу.
Весь остаток дня она размышляла о том, какого рода доказательства может представить. Остатки приманки? Нет, вряд ли, Кимуре было выгоднее использовать ее полностью. Пушку изъяли и унесли в двенадцатый отряд. Да и толку с той пушки? А впрочем… Каори пришло в голову, что именно с пушки и стоит начать. Лейтенант Нему сказала, что это копия с образца. Значит, кто-то делал ее. Значит, могут остаться следы изготовления. Инструменты, запчасти. Делали тайно, значит, где-то в темных уголках лабораторий может находиться скрытая комната, в которой будут некие части, указывающие на сборку пушки серо. И тогда можно будет вычислить, чья это работа. И прижать хозяина, узнать у него имя сообщника.
Каори не подумала о том, как она собралась разыскивать какую-то комнату в лабораториях, в которых не бывала ни разу. И как она собирается опознавать запчасти именно от пушки серо. Просто она загорелась этой идеей, а идея потребовала немедленного воплощения.
***
После заката, когда дежурные уже зажгли факелы, девчонка потихоньку выскользнула из казармы. Очень любопытно, подумал Аоно и кивнул своему напарнику. Разведчики неслышно двинулись следом. Такато даже не пыталась сбросить погоню. Или она полагала, что пара зигзагов по переулкам смогут сбить со следа разведку? Тогда она просто потрясающе наивна.
Скоро стало ясно, что направляется она в расположение двенадцатого отряда. «Жаль, – подумал Аоно, – а я был почти уверен». Становилось очевидно, что девчонка намерена встретиться с сообщником, как и предсказывала капитан Шихоинь. Человек неискушенный воскликнул бы с возмущением: «Как можно подозревать такую маленькую девочку в поступке, требующем такой обдуманности и коварства?!» Но бывалый офицер разведки только усмехнулся бы в ответ. Он повидал всякое: и детей-убийц, и убийц, только похожих на детей. А если при этом она действует не в одиночку, а по чьей-то указке…
Аоно с напарником придвинулись еще ближе к преследуемой, а следом подходила и вторая группа, та, которая не должна дать себя обнаружить ни в коем случае. Хитрости больше были не нужны. Такато бесхитростно перла напролом.
Дело, которое довелось расследовать, с самого начала было каким-то невнятным. Что было у следствия? Только некая пушка, из которой так никто и не выстрелил, и два человека, одновременно обвинившие друг друга в намерении стрелять. Неясно не только то, кто был истинным преступником, но даже кто был истинной жертвой. Мог ли Кимура попытаться убить лейтенанта? Мог. Технически. А что ему мешало? И повод, как будто, есть. Другое дело, что так обычно никто не поступает. Лейтенантами, как правило, становятся настолько славные парни, что мысли об убийстве просто не возникает. Могла ли Такато пытаться обвинить Кимуру из каких-то своих соображений? Опять же, а что ей мешало в этом? Запросто. Повод неочевиден, но это не беда. Если он есть, его найдут те, кто сейчас проверяет всю подноготную участников конфликта. Можно ли подозревать девчонку? Да ребенок из благородной семьи, в десять лет поступивший в Академию, уже подозрителен. Непонятно выглядит и ее перевод из шестого. Нельзя исключать, что кто-то протолкнул ее в Готэй нарочно, чтобы добраться до старого врага. Она окликнула Киру, когда находилась на крыше? Ну да, разумеется, ведь она не собиралась стрелять. Она хотела привлечь внимание.
За размышлениями Аоно не заметил, что добрался уже до самых лабораторий. Эта слежка была настолько незамысловатой, что действовал он совершенно автоматически. Такато потопталась у здания, огляделась, потом обнаружила неплотно прикрытое окно, отодвинула створку и влезла внутрь.
Рядом с Аоно образовались двое разведчиков, – вторая группа. Они ждали его распоряжений.