Но Анатолию Викторовичу в голову пришла совсем другая, куда более плодотворная идея — спасибо Коле Меркуленко, подсказал! Не надо ничего пытаться оттяпывать у воров — не то, глядишь, они тебе сами чего-нибудь оттяпают, а ты и глазом не успеешь моргнуть. Общак надо просто пустить в дело, инвестировать в общеинтересный проект… Демонстративное дерзкое покушение на руководителя кремлевской администрации было предупреждением не только Варягу, но и ему, Мартынову: мол, не суйся! Но не на такого напали! Мартынов был не из пугливых. Он просто умел отступать — и ждать. Терпеливо ждать.
В переговорнике послышался тоненький голосок секретарши Зины, бывшей дикторши новостей НТВ:
— Анатолий Виктрыч, к вам Виноградов!
— Пусть подождет, буквально пять минут! — строго ответил Мартынов. Никаких дел у него в этот момент не было, но он просто давно привык не принимать посетителей сразу — тем более тех, кто сам напросился на аудиенцию. Пускай посидят в приемной, подумают о хрупкости своего высокого положения… Это им не повредит.
Он с нетерпением ждал разговора с Виноградовым. Во-первых, Александр Иванович его сильно интересовал как человек. Во-вторых, Виноградов намекнул, что у него есть крайне важная финансовая информация. Задолго до увольнения Меркуленко с должности замруководителя администрации по финансовым проектам кандидатуру отставного генерал-лейтенанта ФСБ в финансовый отдел настойчиво лоббировал Тялин, а когда Анатолий Викторович познакомился с ним поближе, ему стало ясно, что обаятельный и чертовски неглупый генерал — боец явно не из тялинской бригады, то есть при умелом подходе этот выдвиженец Тяли-на вполне мог оказаться в его, Мартынова, команде. Потому-то Железный Толик и стал исподволь прикармливать Виноградова — с дальним прицелом. И его расчеты, похоже, оправдывались…
Поглядев на часы — черный циферблат в глыбе горного хрусталя, подарок уральского губернатора, — Мартынов отметил, что прошло шесть минут, и нажал на кнопку переговорника:
— Зина, я освободился!
Александр Иванович вошел, как всегда, сияя лучезарной улыбкой. На нем был новенький, с иголочки костюм-тройка из дорогой шерсти, под мышкой тонкая кожаная папочка. Он с готовностью пожал протянутую руку и замер, ожидая приглашения присесть.
— Садитесь, Александ’ Иванович, — слегка грассируя, сказал Мартынов. — С чем пожаловали?
Виноградов с серьезным лицом раскрыл папочку и вкрадчивым профессиональным голосом стал докладывать:
— Вчера на счета одной из наших доверенных зарубежных компаний поступила сумма в два миллиарда четыреста восемьдесят миллионов долларов. — Он вскинул глаза на начальника и сделал паузу.
— Вы хотите сказать, что это… — В голосе Мартынова отчетливо слышался мгновенно нахлынувший восторг.
И тут Виноградов сделал то, чего руководитель президентской администраций никак от него не ожидал. Отставной генерал взмахнул рукой и сделал широкий полукруг в воздухе, потом тронул себя за ухо, а потом приложил палец к губам.
— Именно так! — скороговоркой произнес Виноградов. — Этот баланс можно считать закрытым.
— Вы так считаете? — Мартынов откинулся на спинку кресла и поглядел на потолок своего кабинета, потом на настольную лампу, потом на хрустальные часы. До него сразу дошел смысл жестикуляции Виноградова: он прекрасно знал, что его телефон и кабинет прослушиваются, поэтому давно уже не вел здесь никаких конфиденциальных бесед, предпочитая гулкие кремлевские коридоры. Симптоматично, что этим озаботился и Виноградов. Это хороший знак. — Только после того, как эти… с’едства… уйдут на д’угой счет. Деньги поступили на тот счет, о кото’ом была догово’енность?
— Деньги поступили на другой счет, — веско поправил шефа Виноградов и ткнул себя пальцем в грудь.
— Даже та-ак? — искренне изумился Мартынов. — Но ведь, насколько я помню, ‘ечь шла о д’угой компании… А вы га’анти’уете сох’анность этих с’едств? С чем связаны изменения?
— С изменившейся обстановкой! — усмехнулся Виноградов и слегка склонил голову. — Я на сто процентов гарантирую полную сохранность этих средств, но, если вы настаиваете… Эти средства можно быстро перебросить в другое место.
— И как можно ско’ее, — кивнул Анатолий Викторович и, написав пару слов на листке бумаги, показал его Виноградову.
Тот прочитал: «Это какой-то подконтрольный вам банк?»
— Вы правы, — кивнул Виноградов, отодвигая записку.
— Се’гей Гу’ьевич… — Мартынов вопросительно посмотрел на Виноградова и многозначительно постучал пальцем по записке. Заметив, что собеседник опять кивнул, он продолжал как ни в чем не бывало: — Се’гей Гу’ьевич на днях мне сказал, что наш общий знакомый погиб в автокатаст’офе… И как это сооб’азуется с вашей финансовой информацией?