— Я, право, не знаю, как это понимать. Я сам ничего не понимаю, — недоуменно пробормотал Виноградов. — Вы уверены, что все именно так и обстоит? Что ветер дует с нашей стороны? Может быть, он дует совсем с другой стороны? И это… наоборот, ваши дела?
— Нет, Александр Иванович! Я ведь для наших умер, погиб в автомобиле! Завтра наши по мне поминки будут справлять… Боюсь, ветер все же из ваших коридоров…
— Хорошо, — каменным тоном отрезал Виноградов. — Я наведу справки. Немедленно! Вы ведь понимаете, это затрагивает теперь и мои интересы. Согласитесь.
— Александр Иванович, мне, знаете ли, было бы крайне обидно погибнуть от рук киллера, исполняющего волю какого-нибудь высокопоставленного кретина, который оказался не в курсе наших с вами договоренностей. Или, напротив, умника, который все знает, но очень хочет нам помешать… Ведь нечто подобное уже произошло совсем недавно около Торгово-промышленной палаты! Не так ли?
— Совершенно верно. И я сделаю все возможное, чтобы выяснить детали этого неприятного инцидента.
Варяг попрощался и вырубил мобилу. Гепард как раз заканчивал наводить порядок в квартире. И озабоченным тоном проинформировал Варяга о своем звонке Сержанту.
— Степан предложил нам с тобой на всякий случай перебраться на эту ночь к нему в Крылатское. А то мало ли что? Эти отморозки ведь могут и вернуться…
— Да, это правильное предложение. Но я не уверен, что нужно ехать к Сержанту, у него на хвосте кто-нибудь запросто может висеть из спецслужб, — поделился своими сомнениями Варяг. — Конечно, туг оставаться нам ни в коем случае нельзя. Не исключено, что соседи что-то слышали и уже вызвали оперативников.
— Ну, это вряд ли, — усомнился Гепард. — Пушки с глушителями, стрельбы особой не было, а то, что возня да матерок, — так тут у них по пьяни такие разборки каждый день в доме происходят, сам знаешь. Во всяком случае, у меня в моем питерском доме ты хоть из «Авроры» залпом дай — никто не шевельнется, ментов звать — себе дороже будет…
— Ошибаешься, Гепард, ты возьми хоть эту твою знакомую бабульку со второго этажа. Она, видишь, даже номер джипа записала, а значит, и ментов вполне может вызвать — для порядка…
— В любом случае рисковать нельзя! — согласился Гепард. — Вот только что будем делать со жмуриком? Ума не приложу…
— Да тут, Гепардик, ничего нам не остается, как действовать в наглую и на удачу, — отрубил решительно Варяг и подошел к огромному полиэтиленовому свертку. — Понесем, не станут же они спрашивать, что мы там тащим. Давай только еще в ковер обернем неудачника.
Они напоследок окинули взглядом квартиру, кряхтя вынесли огромный сверток на лестничную площадку, вызвали лифт и, заперев входную дверь, оставили ключ под ковриком у дверей.
Полиэтиленовый сверток, обтянутый ремнями и веревками, весил килограммов восемьдесят, никак не меньше. К счастью, ни на лестничной площадке, ни в лифте, ни на первом этаже им никто не встретился. Пока Гепард сбегал на автостоянку и пригнал «Москвич», труп лежал рядом со входом в подъезд, прямо под стеной, куда не попадал свет от тусклой лампочки, освещающей вход. Машину с раскрытым багажником Гепард поставил вплотную к подъезду. Вдвоем они с трудом забросили тело в багажник. Здесь им снова повезло: никто из редких прохожих, спешивших в этот поздний час по улице, даже не обратил внимания на двух мужчин, копошащихся у машины около шестнадцатиэтажки.
Избавившись от тяжелого свертка на пустыре неподалеку от поворота на Коровинское шоссе, Варяг с Гепардом по МКАД рванули на другой конец Москвы, в Марьино, где обитал Колька Ляхомский, старинный корешок Гепарда по службе в ВДВ. Коля уже лет пять держал мастерскую по кузовному ремонту автомобилей, жил один в «трешке», а главное, был парень свой в доску: не любопытный, не болтливый, все понимающий с полунамека. В общем, его хата стала бы идеальным лежбищем для Варяга. После приезда в Москву Гепард с ним уже пару раз созванивался, так что сегодняшнее их появление вряд ли вызовет удивление у Коли.
Коля Ляхомский оказался долговязым угрюмым молчуном лет тридцати пяти, наполовину облысевшим — и слегка навеселе. Он действительно ничуть не удивился при виде неожиданно нагрянувшего Гепарда и незнакомого мужчины с буйной растительностью по всему лицу.
— А, Гепардье! — мрачно усмехнулся Коля, словно они виделись только вчера. — Ну, заходи, заходи, брат! Только снимайте обувку, а то я на неделе паркет новым лаком покрыл… — буднично вздохнул он, пропустив гостей в просторный холл. — Я как раз Евролигу смотрю. С пивком и чипсиками… — Потом, словно вспомнив что-то, добавил: — А твой приятель пиво уважает?