— Не спеши, Сережа, — мягко заметил Варяг. — Что ты торопишься, как голый к бабе? Я приближаюсь к самому вкусному. Так вот, вдруг все обернулось не так, как замышляли люди в погонах и их выкормыш… Становится известно, что смотрящий Варяг откинул копыта. Такой прухи они и не ожидали! И ссучившийся вор в законе по указке Гэбэ спешно созывает большой сход в ресторане «Золотая нива»…
Игнатов умолк, и вдоль П-образного стола пробежала волна нервного возбуждения, точно такая же, как в тот момент, когда воры впервые увидели его в зале.
— Ты что ж хочешь сказать, Варяг, что эта сука… Максим Шубин? — спокойным, ровным голосом поинтересовался Дядя Толя, сидящий по левую руку от Кайзера. — Говори прямо!
Странно было слышать от старого вора, что он называет своего старинного кореша не воровским погонялом, а по фамилии. Владислав вспомнил запись беседы Кайзера с ворами на даче в Кратове и подумал, что этот официальный тон, взятый Дядей Толей, можно считать знаком крутой перемены в его отношении к прилюдно опозоренному вору.
— Да, именно это я и хочу сказать, Дядя Толя. Максим Шубин в течение семнадцати лет был сексотом гэбухи, о чем свидетельствует подлинный документ… — Варяг достал из кармана докладную записку Виноградова и, не разворачивая, помахал ею перед бледным лицом Максима. Он понимал, что тому неизвестно содержание документа, и просто рассчитывал взять Кайзера на дешевый понт: пусть Максим решит, что у Варяга в руке собственноручно им подписанное согласие работать на КГБ СССР! Ведь такой документик, как ему подтвердил Александр Иванович Виноградов, наверняка существует, должен существовать! — Максим Шубин организовал налет на особняк Медведя, чтобы найти там вот эту самую бумажку! Но он просчитался: мои люди поймали одного из налетчиков — его имя Александр Сухарев, по кличке Сухарь, может, кто из вас такого знает… Так вот, мы поговорили с Сухарем по душам, и эта гнида раскололась. Вопрос: зачем Максим Шубин, выполняя заказ ментуры и гэбэ, хотел убить меня, законно выбранного большим сходом смотрящего России? Ответ: чтобы иметь право распоряжаться общаком. Но фактически передать общак своим гэбэшным хозяевам!
В зале повисла гробовая тишина.
— Максим, ну что ты скажешь? — пробасил Закир Большой. Он встал в полный рост, и яркое сияние хрустальных люстр заиграло в его посеребренной сединой черной шевелюре. — Обвинения предъявлены серьезные. Но мы пока услышали только слово Варяга. Мы хотим услыхать теперь твое слово!
Шубин встал, но он так волновался, что не устоял на ногах и бессильно рухнул на стул.
— Это не только слово Варяга, — подал голос Филат. Все это время он сидел рядом со смотрящим и молча наблюдал. — Я подтверждаю все, что он тут сказал. Я слышал запись разговора, который Максим Кайзер вел у себя на даче в Кратове с присутствующими здесь Дядей Толей, Хитрей, Пашей… Если хотите, могу вам эту музыку проиграть! — И с этими словами Филат достал из кармана пиджака диктофон и положил на стол.
— Ша! Я там тоже был, в Кратове! — торопливо заговорил Паша Сибирский, приподнявшись со стула, так, чтобы всем была видна его кряжистая широкоплечая фигура. — После гибели Варяга… ну, в смысле, после того как прошел базар, что Варяг погиб в автокатастрофе… меня Кайзер пригласил на дачу обсудить дела! Но и я, и Дядя Толя были не в курсах! Кайзер сказал, что раз Варяг погиб, то надо вернуть общак, и что он знает, как это сделать, что у него есть выходы на нужных людей… Ну, раз он на себя всю эту канитель взял, так, значит, ему и карты в руки, ему и смотрящим быть… Мы согласились, что он подходящая кандидатура… Вот и все дела, люди!
«Голодные волки, которые покорно лягут, поджав хвосты…» — усмехнулся про себя Варяг. И сказал вслух:
— Давайте, люди, пусть каждый выскажется. Как, считаете, поступим с Кайзером?
— А сам-то пусть все же свое слово скажет! — предложил кто-то. И в этот миг произошло непредвиденное. Кайзер выхватил у Варяга из пальцев сложенный документ, который никто из присутствующих пока не прочитал, и быстро поднес к нему зажигалку. Вспыхнувшее пламя мгновенно облизало сухую старую бумагу, и через секунду на белую скатерть упал целиком охваченный пламенем лист.
— Ни хрена у тебя на меня нет, Варяг! — Хриплым, чуть дрожащим голосом просипел Максим. — Все твои слова — дым! Люди, вы что, ни черта не поняли? Сам Варяг давно ссучился и теперь пытается на меня бочку катить! Неужели вы все ослепли и не видите, какую туфту он гонит? И ты Филат, бля, туда же! Да, сидели мы на даче, базарили о делах…