Девица, закинув ногу на ногу, с интересом рассматривала клиента. Солидный мужик, профессионально оценила она, не жмотит, в казино собирается прошвырнуться, а не трахаться всю ночь, сам довольно привлекательный, хотя порой угрюмый, вроде как сильно работой затраханный, и сразу видно — не из болтунов, хотя и за словом в карман не полезет и шуточки у него проскакивают.
— Так что, Владюш, мы кутить-то сразу отправимся или чуть попозже?
Витек кивнул, велел ей обождать, пока он переоденется, и удалился в ванную. Там он быстро ополоснулся под холодным душем, вставил серо-зеленые контактные линзы, сунул видавший виды «тэтэшник» в кобуру подмышку и переоделся в заранее отутюженный костюм-двойку.
— Ты на чем собираешься играть? — лениво поинтересовалась Томка, когда они сели за стойку бара в Казино «Клуб удачи».
— Пока на вилке, — невнятно буркнул Витька, жадно за-жевывая огромный кусок заливной буженины.
При виде мощного закусона, который им поставили прямо на стойку, у него активно начал выделяться желудочный сок. Блин, надо взять себя в руки, пожрать с толком, с чувством, с расстановкой… Но голодная слюна, того и гляди, забрызгает пиджак. Азарт, овладевший им еще на подъезде к городу, теперь заполыхал и превратился в волнующее до дрожи нетерпение — так с ним бывало, когда он, пятнадцатилетним пареньком, торопливо раздевался и, весь дрожа от похоти, ложился в койку рядом с разгоряченной Клавдией Ивановной, соседкой по коммуналке, давшей ему первые уроки секса… Но торопиться нельзя, тарапицца нэльзя, как говорилось в той кинокомедии… Торопливостью можно все испортить. Торопиться не было смысла, потому что здешние братки все сделают сами. Должны сделать… Во всяком случае, так вела себя лоховатая клиентура Витьки в других городах. И выбранная им тактика себя пока что оправдывала без сбоя…
— Что-то ты такой напряженный, сладкий мой? — проворковала тольяттинская путана, прижимаясь тяжелой налитой грудью к Витькиному боку. — Может, тебе расслабиться надо? Так давай поднимемся в номер? Здесь у них для гостей все условия предусмотрены… Отдельные кабинеты на втором этаже…
— Там вряд ли уютнее, чем у нас в гостяре! — усмехнулся Карпов, отправляя в рот лоснящийся белый ломоть осетрины. — Успеем еще потрахаться, родимая, не волнуйся. Слушай, а вон тот мэн в пенсне и с бабочкой, он кто?
Неожиданный вопрос не смутил Томку: она даже оглядываться не стала, только уточнила мягко:
— Это который седой, с проплешиной, тот, что в рулетку играет?
Витька кивнул, жуя и не сводя глаз с вальяжного мужика в дорогом костюме. По виду один из тех, с кого можно будет слупить бабла, если только найти нужный подход. Томка подтвердила его предположение, вполголоса изложив краткие сведения о седом в пенсне. И не задала ни единого лишнего вопроса.
— Стало быть, президент банка «Надежный», — задумчиво протянул он. — Забавно… Сегодня он владелец банка, а еще недавно, говоришь, лагерной баландой завтракал-обедал-ужинал?
— Так точно, мой генерал, — насмешливо отреагировала девушка. — Семь лет за нелегальную предпринимательскую деятельность в восемьдесят третьем получил.
— А рядом с ним — его быки, что ли?
— He-а, он телохранителей сюда обычно не таскает, это его шестерка, ассистент. Кажется, Утюгом кличут. Видишь, морда у него плоская какая, будто утюг.
Витька опрокинул в глотку стопку коньяка и незаметно огляделся. Пора было познакомиться и с остальными авторитетными горожанами. За бильярдным столом он приметил двух парней, более всего похожих на таковых. Томка коротко поведала ему и об их житье-бытье. Один — коротко стриженный пижон, одетый в обтягивающие кожаные брюки и накрахмаленную рубашку с кожаной жилеткой, — был авторитетным предпринимателем из Самары, которого тут все знали не по имени, а по кличке Самец. По словам Томки, он частенько наезжал в Тольятти: тут у него жили родители и имелся нехилый интерес на бензоколонках. Другой, долговязый брюнет с хитрыми прищуренными глазками, контролировал Автозаводский район и считался влиятельным предпринимателем. Звали его Никита Фонарев, а кликуха у него была — Фанера.
— Ладно, крошка, пойдем испытаем фортуну, — предложил Витька, заметив, что в зал стали подтягиваться игроки, — а то тут становится слишком многолюдно.
Он приобнял девицу за тонкую талию и прошептал на ухо:
— Про остальных тоже расскажи, о’кей? Только на мелочи не разменивайся, меня серьезные ребята интересуют.
Тома опять не выразила ни малейшего удивления, только сосредоточенно наморщила лобик. Она уже поняла, что кавалер, снявший ее на двое суток подряд, не просто богатый бездельник и не на каникулы пожаловал в их приволжский городок… В течение остального часа Витька узнал о криминальном мире Тольятти все, что могла о нем знать элитная проститутка, обслуживающая большую часть представителей этого самого мира. Конечно, Тамара не стала рассказывать, что Утюг, к примеру, когда кончает, визжит по-поросячьи, а Фанера никакого секса не признает, кроме минета, и ограничилась только краткой финансово-биографической справкой о двух местных олигархах.