Вернувшись позавчера дневным автобусом из Савостино в Москву, Варяг поддался на уговоры Людмилы и приехал с ней сюда, в Бусиново, хотя первоначально предполагал воспользоваться одной из законспирированных квартир Степана Юрьева — их у него было аж три, разбросанные в окраинных районах Москвы. Но, прибыв на автовокзал у «Тушинской», Варяг первым делом отправился на ближайший вещевой рынок и купил там на развале очки, трость и даже этот дурацкий стариковский парик. Переодевшись в общественном туалете, Владислав преобразился в сутулого пожилого старика, так что даже Люда не сразу его признала. Но это чудесное преображение навело молодую женщину на дерзкую мысль: ее соседка по подъезду, пенсионерка Дарья Тимофеевна, каждый год с мая по конец октября безвылазно жила на даче, а ключ от входной двери оставляла Людмиле, чтобы та присматривала за квартирой… Словом, вчера Владислав с Людмилой прямиком с автобусной станции приехали на Бусиновскую улицу и под носом у ничего не подозревающих ментов вошли в подъезд…
— Не надо в «Мариотт», — усмехнувшись, сказал Варяг. — Ко мне его поселим, вдвоем с Гепардом под одной крышей будет и повеселее, и понадежнее… Видел легавых?
— По твою душу? — посерьезнел Сержант.
— А то… Я думаю, генерал Урусов придумал какую-то очередную подлянку. Знаешь, что меня сильно удивило… — Варяг замолчал. Было видно, что, беседуя с Сержантом, он тревожно ищет ответы на волнующие его вопросы. — Ты ведь помнишь, что на следующее утро после нашей разборки с его омоновцами в Строгино люди Урусова навещали госпиталь в Химках, где работает Людмила. Потом ее к генералу на разговор возили. Здесь вот что странно: он ее не тронул, оставил на воле, хотя вполне мог посадить в кэпэзэ по подозрению в соучастии… Но не посадил.
— Оставил как приманку, — качнул головой Степан. — Ясен корень. И ментов выставил в дозор. Ну так, может, надо было тебе отсидеться в лесу, пока суд да дело…
— Нет, Степа. Время не ждет. Надо срочно дела разруливать. Да и суд-то ты видишь какой! Когда, говоришь, Гепард подвалит?
— Завтра либо днем, либо к вечеру. Его Филат выдернул из очередного автошоп-тура прямо из Германии. Гепард, как всегда, даже глазом не моргнув, согласился: для него ведь сам знаешь: по лезвию бритвы пройтись да за дело кулаками помахать — занятие поинтереснее таможенной очистки. Так куда мы путь держим? — уточнил Сержант, лихо обогнав на перекрестке белый «жигуль» с синими номерами.
— Едем к Казанскому вокзалу, а там я покажу…
Через полчаса, уверенно свернув с Садового кольца под арку железнодорожного моста, Степан выскочил на привокзальную площадь и, покрутив головой, сразу нашел нужный перекресток…
Варяг ехал на встречу с тем самым Александром Ивановичем Виноградовым, предварительно связавшись с ним вчера вечером, сразу же после приезда из Савостино. Отставной генерал-лейтенант был деловит и любезен. Он назвал адрес, немало Варяга удививший, — встречу он назначил в издательстве «АСТИ-пресс», занимавшем половину второго этажа в старом доме на Новорязанской улице, — и попросил не опаздывать: он, мол, будет страшно торопиться на важное мероприятие…
Перед тем как выйти из «Москвича», Владислав снова нацепил на себя парик, очки и бутафорские усы и, ссутулившись, вылез наружу. Постукивая палкой, он вошел в темный вестибюль, в котором не было никого, кроме старушки-вахтерши, дремлющей за облезлым столом. Не став ее беспокоить, Варяг двинулся по коридору, обнаружил дверь на лестничную клетку и поднялся на второй этаж. Тут все выглядело совсем иначе: люминесцентные лампы ярко освещали лакированные пластиковые панели под бук, по коридору де-довито сновали девушки-длинноножки и вальяжного вида мужчины.
— Раиса Дмитриевна! Переверстку «Лубянки…» дочитали?. — рявкнул кто-то за спиной. — Алексаниванч интересовался, внесена ли его правка!
Невысокая дама в зеленом платье, с цветастом платком на плечах, обернулась и, стрельнув острым глазом в сутулого старика с палкой, устало вздохнула:
— А где обещанное молоко за вредность? — Потом ввинтила взгляд в хромого и любезно осведомилась: — Вы кого-то ищете?
— Да, мне нужен Александр Иванович Виноградов! — Варяг почувствовал на себе внимательный и, как ему показалось, недоверчивый взгляд Раисы Дмитриевны, который словно вопрошал: ну и че ты вырядился, как пугало огородное?