Понимаю, понимаю, господин Шнайдер, все это выглядит как шпионский телесериал. А разве не смешны истории о моей связи с женой президента или об отцовстве принцессы Дианы, участии в войнах и революциях? Где что ни взорвется - поминают Кассио! - он старательно затянулся лечебной сигарой. И ведь признаюсь вам: не все в этих сказочках ложь - ах, далеко не все...
Формулирую выводы: мне нужно привлечь доктора Динстлера на свою сторону, а следовательно - пригрозить ему разоблачением. Хотелось бы, чтобы сама Антония выступила здесь как живой свидетель и пострадавшая. Ах, нет, речь, конечно же идет не об открытом судебном процессе! Достаточно того, чтобы она сказала прямо Брауну и Динстлеру: "Я знаю все. И за моей спиной могущественные друзья, способные защитить". И конечно же, господин Шнайдер, мы заинтересованы, чтобы все осталось на своих местах - Антония блистала на экранах, считаясь дочерью Браунов, Динстлер возглавлял свою клинику, сменив покровителя, а Виктория - отправилась на родину, получать новое задание в русском центре...
- Я сражен вашими фантастическими заявлениями, господи Кассио. Понимаю - вы не станете шутить подобным образом или затевать грубую игру, что-то за всем этим стоит. Будем считать, что на данный момент я принял информацию к сведению и хотел бы предпринять кой-какие шаги по ее... уточнению, - сделал отчаянную попытку удержаться на высоте положения Артур.
- Это ваше право. А моя обязанность, как заинтересованного лица, подсказать вам дорожку... Лет шесть назад, т. е. именно тогда, когда в доме Браунов появилась русская родственница, из клиники Динстлера вышел мальчик, ставший наследником престола одного из очень богатых восточных государств. Это - Максим, брат Виктории, заброшенный в эмират в тринадцатилетнем возрасте. Здесь очень сложная игра - и вы должны отдавать отчет, что владеете сведениям, оплачиваемыми жизнью, господин Шнайдер. Вы даже не сообразили, что русская бедняжка, встреченная вами у Браунов и юная леди с обликом Антонии - одно и то же лицо, вернее - один и тот же человек. Динстлер сделал Максиму внешность принца, а Виктории - придал облик Антонии. Это оборотни, Шнайдер. Не знаю, сколь серьезно будет использован в целях секретных служб принц Бейлим Дали Шах, будущий глава государства, но пока он проходит обучение в Сорбонне. О своем предназначении юноша, вероятно, пока не догадывается, а вот прошлое и сестру помнит отлично. Вы устроите Антонии визит в эмират, где она сможет, пользуясь симпатией к ней принца, хорошенько разузнать о его сестре и о нем самом, а затем - сделать выводы. Ведь, насколько я знаю, ваша подопечная считает Викторию родственницей.
Пока же - возвращайтесь в Париж, к своей милой девушке, и постарайтесь потихоньку, тактично и доверительно (вы же давние друзья) объяснить ситуацию. Она наверняка захочет убедиться в её правоте и отправится погостить к Бейлиму, а потом почувствует необходимость поговорить с Динстлером и Брауном. К этому времени мы подкрепим вашу позицию новыми доказательствами. - Кассио сделал паузу, предоставляя ход Артуру.
- Допустим, я согласен с вами. Допустим, я намерен разобраться в этом деле. Как мне вести себя с Браунами и Викторией?
- Ваше дело - сторона, Артур. Вы - наблюдатель и продолжаете общаться с Браунами как ни в чем не бывало. Антонию готовите к осознанию реального положения вещей. А Викторию... Викторию вы больше не увидите. Сообщите Браунам, что девушка исчезла, похищенная Клифом Уорни, пусть ищет. Кстати, этот герой навсегда покинул сцену жизни. Надеюсь, я вас не очень огорчил? Нам пришлось устранить его, не дожидаясь мести СПИДа. Если это интересно, почитайте завтра газеты. Клиф Уорни утонул в состоянии наркотического опьянения во время венецианского карнавала в районе старой гавани. А о русской Мата-Хари мы позаботимся сами...
Артур растеряно молчал и голос Кассио приобрел почти отечески-нежные интонации:
- Не забывайте, друг мой, Браун и Динстлер очень опасны. Пигмалион гениальный маньяк и дьявольски хитер. Не слишком доверяйте, если он будет с видом великомученика плести всякие байки, уверяя, допустим, что Виктория, или Антония - его родственницы, дочери или жены... Кроме того, вы же отдаете себе отчет, господин Шнайдер, что отыграв свою роль в замене Антонии, должны будете исчезнуть? - он поднялся и положив руку Артуру на плечо, тяжко вздохнул. - К счастью, я реалист. А это значит, "злодей" человек, имеющий мужество копаться в чужих язвах и отхожих ямах.
Шнайдер поднялся, ощущая дрожь в коленях и тошнотворное головокружение. У него было лишь одно желание - бежать подальше отсюда, спрятаться, затаиться, вымыться в горячей ванне...
- Доброй ночи, господин Альконе. Не благодарю за доверие - вы очень меня огорчили.
- Счастливого пути, Шнайдер. Африканцы говорят: если крокодил сожрал твоего врага, то это не значит, что он стал твоим другом. Я не протягиваю вам руки, на дружбу не рассчитываю, но на содействие - очень. Ведь это прежде всего в ваших интересах... И ещё одно. - Кассио задержал Шнайдера дверях. - Уезжайте поскорее в Париж. Внизу ждет машина с вашими вещами. Не вздумайте заезжать в отель - счет оплачен. А кроме того, мои люди с нетерпением ожидают там гражданку Меньшову. Для любопытнейшего разговора.