В Праге у них были не только друзья и помощники, не только «мама» и «тетя», но и девушки, которых они любили. Кубиш ухаживал за Аничкой Малиновой с Панкраца, Габчик влюбился в девятнадцатилетнюю дочку Фафковых, у которых они с Кубишем жили, и даже с благословения родителей обручился с ней. И та и другая ненамного пережили своих любимых.
Как же говорили с ними Кубиш и Габчик о своем задании и о своей будущности? Об этом мы уже не узнаем; остались только обрывки воспоминаний о том моменте, когда Кубиш и Габчик почувствовали себя настолько среди своих, что даже обмолвились такими словами:
— Вы ведь не знаете, кто мы такие, но однажды прочтете в газетах и узнаете, кем мы были!
А Габчик, живой и довольно легкомысленный Габчик, однажды не удержался и, когда во взволнованном разговоре было произнесено имя Гейдриха, сказал:
— Гейдрих? Это мой джёб.
Английское слово «джёб» можно перевести как работа, задание, предприятие.
Об этом задании подозревали в то время только несколько человек, а узнали о нём только два человека: руководитель подпольной сокольской организации «Йиндра» профессор Ладислав Ванек и учитель Ян Зеленка-Гайский. А у них была связь с некоторыми чешскими служащими в Пражском Граде.
Прага, 18 мая 1942 г.
Место действия — Град.
Начало действия — 10 часов 30 минут.
Действующие лица: шеф службы безопасности и полиции безопасности обергруппенфюрер СС Гейдрих, шеф аусландабвера при верховном командовании вооружёнными силами адмирал Канарис (военная контрразведка), начальник 4-го управления группенфюрер СС Мюллер (гестапо), начальник 5-го управления группенфюрер СС Небе (уголовная полиция), заместитель начальника 6-го управления оберштурмбанфюрер СС Шелленберг (иностранная осведомительная служба). Руководители отделов Главного управления имперской безопасности, руководители отделов государственной полиции и руководители отделов СД. То есть все высшее руководство органов безопасности гитлеровского рейха.
Программа обсуждения: новые формы сотрудничества между службой безопасности и абвером. Докладывают обергруппенфюрер СС Гейдрих и адмирал Канарис.
К сведению участников: в 13.30 обед. В 20.00 ужин и товарищеская вечеринка в большом зале Немецкого дома в Праге на Пшикопах. Каждый занимает место за столом согласно номеру на пригласительном билете. Участники будут гостями обергруппенфюрера Гейдриха, как исполняющего обязанности имперского протектора Чехии и Моравии.
Соблюдать пунктуальность: явиться за 10 минут до начала. Секретно!..
За 10 дней и 10 минут до взрыва английской бомбы Гейдрих с Канарисом сошлись в Праге, чтобы перед лицом специально созванных главарей высшего нацистского центра безопасности подать друг другу руки во имя будущего более тесного сотрудничества.
Кто же кому подавал руку?
В пригласительном билете со штампом «Секретно», ясно отпечатанном на меловой бумаге, об этом, естественно, ничего не говорится (экземпляр, сохранившийся с того времени, свидетельствует, пожалуй, только о том, что участники товарищеской вечеринки у протектора должны были — для порядка — отдать талоны продовольственных карточек на 30 граммов жиров и 100 граммов хлеба).
Но об этом рассказывает в своих мемуарах, напечатанных также на меловой бумаге в Западной Германии, военный преступник Шелленберг. Он принадлежал к узкому кругу участников этой встречи. Пережив войну и Нюрнбергский процесс, он перестал чувствовать себя связанным штампом «Секретно» (не только на пригласительном билете).
Он пишет о пражской встрече Канариса и Гейдриха в мае 1942 г. следующее (насколько можно верить воспоминаниям военного преступника?):
«...Канарис чувствовал себя неуверенно, был явно недоволен и говорил, что дальше так продолжаться не может. Я заметил в нем тогда первые признаки внутренней усталости. Он даже был согласен пойти на обновление делового контакта с Гейдрихом... Встречу и переговоры я организовал как заседание обеих разведывательных служб. Гейдрих назначил ее на май в Пражских Градчанах. Канарис подчинился, и рабочее соглашение было сформулировано в новом виде...»