– Садись, – словно приказала Эмма, не желая больше слышать отказов и возмущение мужчины, а тот послушно сел, недовольно вздохнув, – я хочу порадовать тебя. Напомнить, что ты не одинок.
– Эмма, благодаря тебе, я помню, что не одинок и это не столь прекрасно. Порой мне хочется побыть одному. Тебе не обязательно проводить со мной столько времени.. Ты перегибаешь палку всей этой… Заботой. Я не маленький мальчик… – произнёс мужчина, смотря на девушку, а та лишь слушала, – это не значит, что мы не можем проводить время вместе, общаться, это значит, что я хочу побыть один, хотя бы.. Большую часть своей жизни, без тебя, без всех.
– То есть… Между нами ничего не может быть? – подводила девушка словно с надеждой в голосе.
– Нет, конечно нет, Эмма. Ты же мне как дочь, – сразу ответил мужчина, мотая головой, посмотрев на секунду в сторону, отрывая взгляд от девушки, а после взглянул на неё вновь, – я с твоим отцом хорошо знаком и..
– А.. Я думала, что раз ты одинок сейчас, то есть шанс…
– Эмма, эта симпатия пройдёт в скором времени. Я тебе нравлюсь лишь временно и между нами ничего не может быть. Если я что-то сделал или сказал, что ты подумала, что ты мне нравишься как девушка… То прости, ты неправильно поняла..
– Да, видимо… Простите.. Я пойду, не буду мешать вам находиться в одиночестве… – прошептала она себе под нос и поднялась со стула, направившись к выходу из дома мужчины.
Джон не стал её останавливать девушку, он лишь откинулся на спинку стула и вздохнул, смотря на стул, на котором сидела Эмма, он находился напротив. Мужчина услышал, как дверь закрылась и прикрыл глаза, тихо ругнувшись, ведь он не думал, что девушка отреагирует именно так. Он отдалился от всех, кому был дорог, от этого было не легче, он не знал, что делать дальше.
Рождество удалось на славу… Вся еда досталась лишь Джону, но он и четверти не съел, хоть и старался, через какое-то время, несколько дней, еда испортилась и её пришлось выбросить, что и стоило ожидать. Конец 68-го года прошёл неудачно, не то, что Рождество. Новый год мужчина даже не праздновал, он даже с кровати не вставал. Не было нужды.
1 февраля, 1969 год.
Время летело быстро, неумолимо, казалось жизнь Джона чуть улучшалась, он принимал таблетки и его жизни ничего не мешало, но его тревожило кое-что, а именно то, что он так и не исполнил мечту жены. Они планировали отправиться во Францию на медовый месяц и он собирался отправиться туда, но один. Билет был куплен, он не взял почти ничего, кроме блокнота и нескольких фотографий жены и сына. Он не собирался задерживаться заграницей.
Не попрощавшись ни с кем и не предупредив никого, он уехал в аэропорт на такси, машина осталась в гараже, кабинет закрыт на ключ, запасной ключ от дома спрятан, всё в безопасности. И вот он уже летит во Францию, в небольшой город, продумывая, что он будет там делать, вероятнее всего, просто гулять, вот и все его планы на пару дней.
Джонатан взял машину напрокат, чтобы было легче передвигаться по городу, всё было хорошо, машин в городе было не так много, время было уже позднее, ремень безопасности не был пристёгнут, было невероятно трудно угодить в неприятности, ведь машин почти не было, да и за безопасность Джонатан не волновался больше, поэтому скорость он не сбавлял.
– Прости, Хил.. – прошептал себе под нос мужчина, посмотрев на чёрно белое фото жены, – я надеюсь, что исполнил твою мечту.. Жаль, что ты сама не побывала здесь… Тут красиво.
Говорил Миллс словно со своей женой. Он ехал по серпантину, круговой дороге, идущей вокруг горы, которую отделало ограждение от бурной реки Сены, не чем было волноваться. Но после на очередном повороте появилась патрульная машина. Сильное столкновение, грохот, большая вмятина на капоте, лобовое стекло разбито и машина по несколько раз успела перевернуться, помяв крышу и свалившись за ограждение.
Джону повезло чуть больше, чем машине, наверное, его не пристёгнутый ремень спас ему жизнь. При столкновении мужчина буквально выбил своим телом лобовое стекло, а когда машина переворачивалась, он потеряв сознание выпал из салона автомобиля на дорогу. Всё лицо в крови и в осколках стекла. Он лишь недолго издавал тихий хрип от боли, а после замолчал.
Из патрульной машины вылез мужчина, ему было лет сорок, может чуть больше, подтянутое тело, на лбу и из носа текла кровь, тоже немного пострадал при столкновении, офицер подбежал к пострадавшему, измеряя его пульс в панике, руки дрожали. Когда мужчина нащупал слабый пульс Миллса, он затащил того в машину, на заднее сиденье, что было сложно, ведь пострадавший был больше двух футов.
Следующей остановкой стала больница. Где Джона сразу приняли и отправили на срочную операцию. Выяснились множественные переломы, а также сотрясение мозга. Тот полицейский терпеливо ждал, когда же закончат, это было на его совести.