Хм... А может это бонус такой был? За безупречно прожитую жизнь... Хотя уж что-что, а это врядли. Или за бесчисленные выигранные бои? Виртуальные? Ладно, проехали.
Подходят. Аккуратно, по сторонам и чуть сзади. Винтари... Не опускают теперь. Какой-то фашист по рукам постучал. Веткой. Ну, одна вообще висит, вторая - нате вот вам. Пустая. И разжатая. Ну, почти. Так, судорогой чуток свело. Раненный же я - неужели не понятно?
Один садится другому на плечи, под шуточки - узнаю людей бывалых, никаких сантиментов по поводу погибших, сегодня умрёшь ты, я завтра, так что какой смысл печалиться? - срезает лямки. Не все. Хорошо. А то мог бы и сознание потерять. Больно потому как. Очень. Впрочем, до той боли куда как далеко ещё. О, скользнул на землю. Намана. Ноги как диванные валики. Чужие совсем. Фрицы вокруг - больше их врядли соберётся. Собрав все силы, вытряхиваю из рукава эфку - и вверх! Хлоп!
На долю секунды застыла в верхней точке. Теперь вниз. В растянувшиеся, кажется, бесконечно три долгие секунды горения замедлителя вспоминаю... То, о чём врядли стоит вспоминать. Сейчас.
Как, после долгих-долгих лет бесчувствия, снова ощутил вдруг своё тело. Без радости - потому как чувством тем оказалась одна лишь боль. Более ничего. Жуткая... Как собирались врачи. Ничего не говорили, потом сказали - месяц. Как пытался бороться и работать - а боль росла. Трудно даже представить себе, какой бывает такая вот боль у нормальных людей... не парализованных, в смысле. Я же обходился. Без наркотиков. Оставался месяц, потом две недели, потом неделя... Потом ещё неделя, и ещё, и ещё. Врачи ошибаются... часто. Особенно насчёт конкретного срока. Дня, часа...
Потом настал тот день. 22 июня 2041 года. Совпадение? Когда, проснувшись, вдруг понял, что боли нет. И вообще - всё просто замечательно! Некоторые покупаются на такой вот нередкий подарок. Предсмертный. Эйфория. Я же - какой-никакой, а без малого медик. Пусть и в далёком студенческом прошлом. В общем, посражался под это дело ещё денёк. На симуляторах. Напоследок. С "мессерами", "фокке-вульфами". На разных. Когда веки отяжелели свинцом последней усталости, открыл глаза. Вышел из системы. Ощутил, как смертный холод подбирается от ног вверх. По шее. К голове. Закрыл глаза.
А потом мне приснился странный сон.
Вместо эпилога
"...и теперь, в годовщину той Великой Победы, и одновременно Великой Октябрьской Социалистической Революции, не могу не вспомнить всех тех, кто отдал свои жизни, не только ради свободы и независимости нашей прекрасной Родины, но и ради самой жизни на земле. Среди них был и мой прадед, лейтенант Малышев Консантин Иванович, лётчик-истребитель. Сведений о нём почти не сохранилось, было лишь семейное предание, будто бы он мало того что был ведомым самого Георгия Жидова, тогда ещё старшего лейтенанта, но ещё и прикрывал его в том самом всемирно известном и знаменитом воздушном бою, съёмки которого недавно так замечательно отреставрировали на компьютерах, вернув даже цвет. Однако в прошлом году, на 70-летие начала той войны, вдруг выяснилось, что это чистая правда. Прадеда наградили орденом Великой Отечественной войны сразу Первой Степени, разумеетсся, посмертно, и мы всей семьёй ездили в Албанию, где на авиабезе Ринас, что неподалёку от Тираны, дислоцирован бывший его 123-ий, а ныне 7-ой гвардейский истребительный полк, и теперь орден прадеда висит в Музее славы полка, рядом с той самой, первой Золотой Звездой его командира. Так решил отец. Впервые увидел там фотографию прадета, поскольку у нас в семье почему-то такой не сохранилось. Оказалось, я очень похож на него. Ещё бабушка рассказывала, как в этот же самый день, двадцать второго июня, долгие годы приходили к нам его боевые друзья. От одного из них стало даже известно, что прадед мой был довольно близко знаком с самим Маршалом Победы, Георгием Константиновичем Жуковым. Эх, если бы он только смог предотвратить ту нелепую рану, что помешала величайшему из стратегов самостоятельно претворить в жизнь свой гениальный план того заблаговременно продуманного и тщательно подготовленного им Первого Контрудара! Кто знает, может быть, тогда та страшная война закончилась бы не 7 ноября 1944 года, а, допустим, на год раньше? И погибло бы не восемь миллионов советских людей, а значительно меньше? И Франция была бы вся советской! Но увы... Шальной осколок во время бомбёжки, и вопиющая некомпетантность в альянсе с прямым предательством за считаные дни превратили блистательную победу в тяжелейшее поражение.
Как с присущей ему гениальностью отметил наш Великий Вождь, Генеральный Секретарь ЦК КПСС Владимир Владимирович Путин, в своём историческом Отчётном Докладе XXXII Съезду КПСС, "Это были страшные дни, когда казалось - ещё немного, и всё будет кончено. Но советский народ, сплотившись под мудрым руководством Коммунистической партии и лично товарища Сталина, продемонстрировал всему миру, что свободный человек труда воистину непобедим!"
Клянусть быть достойным памяти наших дедов и прадедов, отдав все силы процветанию нашей великой Родины, Союза Советских Социалистических Республик, и если империалисты когда-нибудь снова..."
(Отрывок из сочинения ученика 6 класса 905 средней школы города Москвы Малышева Константина Ивановича, 2012 г.)
Фактически Германия напала на СССР в 03:00 - 03:30 "по Берлину", или в 05:00 - 05:30 "по Москве". Самолёты взлетели раньше и где-то в 05:05 "по Москве" на приграничные аэродромы РККА уже сыпались бомбы. В Белоруссии время тогда было московское.
Вторая из основных версий И-15, одного из лучших истребителей мира в начале 30-х годов. Конструктор - Поликарпов. Принят на вооружение в 1936 году, имел несколько более низкие, по сравнению с ранними модификациями И-15, пилотажные характеристики (вследствие возрастания веса, прежде всего), однако была бронеспинка (толщиной 8 мм) и более мощный двигатель (М-25В, 750 л.с., взлётная 775 л.с.). Шасси не убирающееся, винт фиксированного шага. Скорость до 370 км/ч, чего было катастрофически недостаточно для 1941 года. Вооружение - 2 или 4 синхронных пулемёта ПВ-1 (7,62 мм), до 200 кг (в перегруз) бомб или 8 РС-82. Очень лёгкий по сравнению с тогдашними "современными" истребителями, великолепная горизонтальная - но не вертикальная - манёвренность и скороподъёмность. От ещё более манёвренного И-15 визуально отличался, прежде всего, иным капотированием двигателя, верхним крылом обычного типа (а не типа "чайка", восстановленного у И-153), а от И-153 - неубирающимся шасси. В Испании И-15 называли "чато" (chato) - курносый. К началу ВОВ на вооружении ВВС РККА всё ещё состояло ок. 900 И-15бис (не считая авиации ВМФ, в составе которой оставалось более сотни таких бипланов).
И-153 "чайка" - третья, доведённая почти до совершенства версия И-15, с убирающимися шасси, бронеспинкой и множеством других апгрейдов. Было несколько модификаций, у большинства более мощный двигатель (М-62, 830 л.с. у земли, или М-63 на 900 л.с.) и винт изменяемого шага (ВИШ; в силу то ли непродуманности управления, то ли косности лётсостава, а скорее всего и того, и другого, опция изменения шага практически не использовалась), скорость ок. 440 км/ч на высоте, вооружён мог быть 4-мя пулемётами ШКАС (7,62 мм), двумя БС и двумя ШКАС, четырьмя БС или даже двумя пушками ШВАК (20 мм). Морально устарел даже до принятия на вооружение (1938 г.), но опытный лётчик мог использовать его с известным успехом. Во всяком случае, в Финляндии трофейные И-153 состояли на вооружении частей первой линии до 1944 г, а вообще до февраля 1945, со списанием лишь аж в 1950 году. К началу ВОВ на вооружении ВВС РККА состояло ок. 3000 И-153 (плюс 350 в авиации ВМФ).